Когда мы говорим об охотничьей, и шире – анималистической живописи и рисунке в России, то сегодня в первую очередь вспоминаем Вадима Алексеевича Горбатова. С его работами мне посчастливилось познакомиться довольно давно – в 1981 году, когда в лагерь орнитологической экспедиции на реку Анадырь зоолог Ю.И. Чернов привёз книгу «Хищные птицы леса», иллюстрированную В.А. Горбатовым. С того времени мне иногда приходилось встречаться с Вадимом Алексеевичем, а сейчас я приехал в его просторную мастерскую с высоченными потолками и огромными окнами в Чертаново.
Михаил Кречмар (далее М. К.): Пытаясь определить вас как художника (давайте я позволю себе эту вольность), я бы сказал, что вы анималист с охотничьим оттенком. Вот первый вопрос: охотник вы или нет?
Вадим Горбатов (далее В. Г.): Я сам не охотник. Но какое-то охотничье ощущение присуще мальчишкам-пацанам. Я бы это определил как «схватить и обладать». Это из детства. Вот когда в школу ходили, в деревне Качало, мы шли через пруды, весенние разливы. В лужах оставалась вода, когда уже спадало половодье, в ней карасики, гольцы, и мы там шарили, искали что-то, хватали. Именно это – схватить, поймать – присуще, наверное, большинству мальчишек. Какое-то исходное чувство, идущее с незапамятных времён. Потом на палочки добычу насаживали, пекли без соли на костре. Когда шёл лёт майских жуков, все выбегали, носились, ловили их кто кепками, кто ветками, кто рубашками – сачков ещё не было в мои времена. Набирали майских жуков со страстью, хотелось именно схватить, поймать. Дальше мы их курам отдавали, в школу приносили: запустим такого в чернильницу, он ползёт потом по бумаге, красивые следы оставляет. Насчёт охоты – я много ходил с охотниками. Но у меня другая охота.
Ещё была война. Я же сорокового года рождения, отец на фронте. Отец присылает письма, и мама говорит, мол, нарисуй что-нибудь отцу, он будет рад. И я никогда не рисовал ни танки, ни самолёты, ни фашистов падающих. Я рисовал всё время зверей. Потому что это пацанское же. Мне года четыре было, и я абсолютно осознанно рисовал зверей. Очень редко битвы, и опять же битвы зверей: крокодил бьётся, птицы сражаются… Мать эти рисунки сохранила.
У нас были и куры, и поросёнок, и коза. Козу я в стадо водил, и в стадо ходил, рисовал с пастухами, знаком был с ними – даже фотки есть с пастухами. Босой всё время.
