«Каждый настоящий охотник в душе должен быть поэтом» К 130-летию Ефима Пермитина

Культура охоты
«Каждый настоящий охотник в душе должен быть поэтом» К 130-летию Ефима Пермитина

Он считал: «Охота – это древняя могучая страсть, захватывающая людей с такой силой, с которой может сравниться только любовь».

Ефим Пермитин – один из тех писателей с периферии, кого революция 1917 года подняла на гребень волны и вынесла в самую столицу всея русской литературы – Москву. Периферия… Исконный сибиряк – Ефим Пермитин, человек и писатель с оригинальным дарованием. Родился 8 января 1896 года в городке Усть-Каменогорске, что стоит себе в устье Иртыша и Ульбы. Ефим у родителей старший сын, народилось 13 ребят. Отец Николай Николаевич Пермитин – кустарь, краснодеревщик, но мог любым ремеслом промышлять. С малолетства Ефим приучен был к труду: домашние хлопоты, работа в поле, охота и рыбная ловля. Науками овладел в городском училище. Служба в кондитерской лавке. Учёба на учителя.

В восемнадцать лет он уже не Ефимка, а Ефим Николаевич – и едет в таёжное село Тулату преподавать. В Первую мировую войну призван, школа прапорщиков, фронт. Под начальством прапорщика Пермитина – взвод, потом – рота пеших разведчиков. Февральская революция, октябрьская революция 1917 года. Вернулся в Усть-Каменогорск. Сибирь под белыми, Ефим Пермитин мобилизован в армию Колчака… Потом припомнят ему этот эпизод биографии. Воевал за красных. Мог остаться служить офицером. Не захотел. Учителем работать тоже не захотел. Попробовал крестьянствовать. Ходил на охоту. Участвует в организации уездного промыслового союза охотников. Шёл 1922 год.

«Каждый настоящий охотник в душе должен быть поэтом» К 130-летию Ефима ПермитинаЕ.Н. Пермитин. В знаменитой барсучьей дохе

«Раннее сентябрьское утро занималось в горах. Солнце ещё было где-то далеко за ледниковыми вершинами первых появившихся на горизонте белкóв, а уже полнеба было охвачено таким пожаром, что, казалось, и нестерпимо, до рези в глазах блестевшие снежные хребты, и вся горная тайга пылали неугасимым огнём. Приученные кони сами сбавили бег и с длинной, чуть принижающейся котловины, по которой, словно на крыльях, пронесли они кибитку, начали осторожный спуск в крутое, наполненное каким-то басовым рокочущим гулом ущелье…

10
Adblock detector