Первая фотоловушка

Охотничье сообщество
Первая фотоловушка

Как и положено, все персонажи вымышлены, любое сходство с реальными событиями случайно.

Речь пойдёт об истории, случившейся в одном лесостепном регионе, в местах, географически далёких от областных и тем более федеральных центров. Как нетрудно догадаться по названию, дело было на самой заре «эпохи фотоловушек». Эти очень полезные устройства тогда только-только начинали проникать в охотничий мир, по крайней мере у нас.

Охотничий люд в описываемых краях жил простой и техническими новинками не избалованный. Но так случилось, что какими-то совершенно невероятными путями заокеанское устройство очутилось в руках одного местного коллектива. Оно, конечно, ещё не поддерживало никакие варианты дистанционной передачи информации, поэтому для того чтобы посмотреть фотографии в случае их появления, надо было физически извлекать флеш-карту и считывать данные с неё. Но даже это было по тем временам чудо чудное.

Первая фотоловушка

Местные охотники, даром что люди простые, потенциальный положительный эффект применения нового девайса просчитали быстро и решили тут же организовать «пробу на местности». Правда, дело было в глухозимье. А единственный по-настоящему ценный для героев повествования зверь – кабан – в это время года в доступных им угодьях не показывался, так что опробовать чудо-технику надо было на чём-то другом. Посовещавшись, решили, что единственная незаурядная дичь, которая стоит соответствующих усилий, – это волк. А стало быть, надо делать приваду и ставить на ней капканы (не просто ж так – «на посмотреть» – такую аппаратуру устанавливать!).

До этого момента капканами волка никто из местных охотников не ловил. Добытые серые хищники в их активах числились, но это всё были звери стреляные, да и то не в результате целенаправленной охоты, а при счастливом случае. Тем не менее с теорией некоторое знакомство было. Один даже имел за плечами среднее специальное охотоведческое образование и несколько лет проработал егерем в соседнем районе. Правда, потом наличие семьи и невыносимые финансовые условия вынудили его уйти с этой работы. Конечно, егеря в тех краях традиционно жили за счёт приработка, причём чаще всего связанного с добычей водных биоресурсов, а не с охотой, но вот именно на доставшемся ему кордоне с рыбой и раками было не очень. Но да ладно, это уже совсем другая история.

Капканов подходящей конструкции и размера насобирали с полдюжины. На всякий случай уточню, что в те времена запрета на использование «стандартных ногозахватывающих удерживающих капканов со стальными дугами» в отечественном охотничьем законодательстве ещё не было, так что использование классических «ногозахватов» было вполне правомерным. Далее, у местного фермера «организовали» половину туши павшей коровы. Долго думали над местом привады. Стандартный маршрут волчьей стаи, которая должна была стать объектом охоты, был примерно известен. Проблема в том, что в густонаселённых местах просто так посреди угодий такую штуку не разместишь – это вам не якутская тайга. В итоге было подобрано перспективное (как всем показалось) место, расположенное в мощной лесопосадке, вдоль которой пролегал маршрут волчьего семейства. Нюанс был один: эта посадка была пограничной между двумя охотничьими хозяйствами, причём из-за двусмысленно описанных границ «своей» её считали обе организации. Но само место для людей вроде как тупиковое, малоезжее. В общем, приваду положили, капканы поставили, фотоловушку повесили.

Первая фотоловушка

Проверку самоловов проводили каждый день, но издалека, чтобы не наследить свежим запахом. Так, проезжая мимо посадки по просёлочной дороге, притормозят, выглянут – не сидит ли волк в капкане? И дальше поедут. Снимать флешку с фотоловушки решено было через неделю после установки. Однако прибывших в расчётный день на место привады ребят ждал сюрприз. Мало того что промороженные коровьи полтуши отсутствовали, так не было на месте ещё и всех поставленных капканов. А самое обидное – на дереве, служившем «якорем» для привады, теперь висел прикрученный алюминиевой проволокой кусок картона, на котором было написано несколько очень нецензурных слов. Естественно, анонимно.

Ошалевшие от такого поворота событий охотники даже на какое-то время забыли про фотоловушку. Но потом, вскинув взгляд наверх, увидели: вот она, висит, родненькая. Надо сказать, что любой волк, медведь или мамонт, попади он под камеру этого устройства, заинтересовал бы наших охотников меньше, чем авторы опуса на картонке. Буквально прилетев домой к одному из охотников, ребята вставили флешку в компьютер. Фотографии получились не очень качественные. Видно, что ходили какие-то люди. Вроде бы втроём. Сначала случайно наткнулись на цепь одного из капканов, потом палкой «простукивали» все подозрительные места. Заметен был край уазика, на котором «разорители привады» приехали. Но вот их лиц видно практически не было. Это опять же не тайга – людей по угодьям катается много. Надо было искать детали. После долгих рассмотров промелькнувший кусок лица и фигура одного из маячивших на фотографиях мужчин всё же показались смутно знакомыми. Вроде бы похож на одного из егерей соседнего хозяйства. Правда, его обход был далеко отсюда – с другой стороны угодий. Позвали знакомого, который должен был знать его ближе, – показали фотографию. «Он? – Он!»

Первая фотоловушка

План мести пришёл в движение. Адрес интересующего человека, жившего в райцентре соседнего района, найти особого труда не составило. Кроме этого, в помощники был взят сотрудник местной тогда ещё милиции из охотничьего коллектива наших друзей. В итоге, вооружившись распечаткой нескольких наиболее эффектных фотографий и другом, облачённым в служебную форму, коллектив поехал вершить справедливость. Обнаруженный дома егерь, которого вся округа знала как Константиныча, поначалу отпирался. Не знаю, мол, ничего ни про какие капканы. Но когда были предъявлены непреодолимые улики, тут же сдулся. Естественно, главной уликой стали распечатки фотографий с фотоловушки, от вида которых у егеря глаза полезли на лоб чуть ли не в буквальном смысле слова. А информация о том, что это снимки с космического спутника, который теперь по специальному распоряжению правительства передан для нужд охотнадзора, чтобы постоянно следить за угодьями, чуть было не привела Константиныча к инфаркту. Ноги егеря подкосились, и он опустился на тумбочку, стоявшую в прихожей, одной рукой схватившись за сердце. По его затравленному взгляду было трудно определить, что его волновало больше – раскрытие уже совершённых «грехов» или потенциальные трудности с совершением новых?

Несмотря на откровенно паскудный поступок, смерти от сердечного приступа Константинычу никто не желал, поэтому в итоге правда была поведана. Причём отошедший от первоначального стресса егерь попробовал даже немного наехать на приехавших в духе того, что как егерь «должен был на всякий случай снять капканы, чтобы в них не поймалось ничего запрещённого». Но, во-первых, что именно запрещённого могло попасться в волчий капкан в феврале, он сформулировать не смог, а во-вторых, «анонимный» кусок картона с нецензурной бранью, оставленный на «месте преступления», моральных прав на подобные заявления ему не оставлял. В итоге Константиныч принёс свои искренние и сердечные извинения, капканы были возвращены, а вместо говяжьей полутуши, уже нашедшей своё применение совсем на другом краю угодий, ребятам был выдан целый живой баран.

В дальнейшем герои этой истории с Константинычем даже некоторым образом подружились и периодически взаимодействовали при решении некоторых охотничьих вопросов. Стая волков на одном из краёв своего «обхода» попалась под регулировщиков численности на снегоходах, была сильно потрёпана и надолго покинула эти края. Ну а фотоловушка, пока морально не устарела, верой и правдой служила охотникам, поспособствовав добыче пары дюжин кабанов, но это, как говорится, уже совсем другая история.

Все статьи номера: Русский охотничий журнал, февраль 2024

1287
Adblock detector