«Блазеры» с воронежским акцентом

Оружие и стрельба
«Блазеры» с воронежским акцентом

Маленький немецкий городок Исни-им-Алльгой  найти можно далеко не на всякой бумажной карте Германии. Разбросанные вокруг него по живописным окрестностям хутора и деревушки – тем более. Впрочем, в определённых кругах это название всё же знают далеко за пределами округа Тюбинген. Именно в Исни находится производство фирмы Blaser.

На всякий случай напомним: в Blaser Group сейчас входит не только собственно Blaser, но и Mauser, J. P. Sauer und Sohn, а также Rigby, Liemke и Minox. Так что, если у вас даже не Blaser, а современный Sauer или Mauser, ваше оружие тоже родом из Исни.

А ещё меньше людей знает, что часть оружия Blaser, появившаяся в последние десятилетия, имеет самое прямое отношение к селу Новая Криуша в Калачеевском районе Воронежской области. Именно там 7 июня 1952 года родился «генератор идей» фирмы Blaser, оружейный конструктор Сергей Васильевич Попиков.

Как и у многих советских мальчишек, интерес к огнестрельному оружию у Сергея Васильевича проявился ещё в юности. При этом талант будущего конструктора позволил ему зайти в этом куда дальше большинства сверстников. Хотя в СССР заниматься самостоятельным изготовлением огнестрельного оружия считалось не забавным хобби, как в некоторых странах, а вполне преступным деянием, подпадающим под статьи уголовного кодекса. В итоге, как вспоминает сам Попиков, он «от греха подальше» лично отнёс всё своё «ранее творчество» в милицию – пятнадцать единиц самостоятельно изготовленного и вполне рабочего стрелкового оружия, солидный арсенал, особенно для сельской местности «брежневских времён».

В армии с доступностью стреляющего было проще, да и на творчество военнослужащих в этом направлении смотрели чуть иначе, чем на гражданке. Впрочем, даже сейчас о том, что за систему он спроектировал в период службы на Тихоокеанском флоте, Сергей Васильевич предпочитает говорить довольно скупо, вряд ли только по причине множества прошедших лет. Оно и понятно, подводное стрелковое оружие в советские времена числилось в списке особо важных секретов и «кому не положено» даже знать о его существовании не особо рекомендовалось.

«Блазеры» с воронежским акцентомВ любом случае итогом изобретательной деятельности молодого призывника стало личное распоряжение министра обороны СССР Дмитрия Фёдоровича Устинова: «Принять на Тульский оружейный завод на должность техника-конструктора». Этап биографии, заставляющий вспомнить другого оружейного конструктора, во время срочной службы обратившего на себя внимание даже не министра обороны (по крайней мере, в тот момент), а командующего Киевским военным округом Г.К. Жукова. Кстати, оба конструктора пересекались и лично: совместное с М.Т. Калашниковым фото в доме Сергея Васильевича висит на одном из самых видных мест.

Конечно, «выехать» на одном лишь природном таланте в конструировании оружия не получилось бы: всё же на календаре начала отсчёт последняя четверть двадцатого века, а не девятнадцатого, и даже «всесильный» министр Устинов тут ничего бы изменить не смог. Поэтому одновременно с началом работы в КБ Попиков начал учиться в Тульском механическом техникуме им. С.И. Мосина – и лишь окончив его, получил должность инженера-конструктора.

Перечислять все проекты, к которым Сергей Васильевич имел отношение во время работы на ТОЗе, тема скорее для отдельной статьи (и для отдельного очередного визита в гости к их создателю). Наверное, самым необычным в этом списке будет всё же специальный револьвер «Марс», он же ТОЗ-81 – «оружие выживания» для космонавтов, созданное по инициативе А.А. Леонова, при этом за «облик» оружия отвечал художник А.Б. Жук – тот самый, чьи иллюстрированные справочники стали для многих советских мальчишек первым «пропуском» в разнообразие пистолетов и револьверов мира.

В данном случае всё вышло наоборот: сначала были рисунки, а затем конструкторы ТОЗа во главе с Попиковым и его наставником Николаем Ивановичем Коровяковым превратили красивую идею в реальное оружие. Правда, в итоге для спасательных комплектов был выбран проект трёхствольного пистолета (будущего ТП-82), как более простой, а «космический револьвер» так и остался в единственном экземпляре.

А «лебединой песней» на ТОЗе для Сергея Васильевича стало участие в серии ТОЗ-91. Впрочем, воплотить все замыслы, возникшие во время работы над 91-й, Попикову довелось уже через несколько лет, в совсем другой стране. В начале 90-х он переехал в Польшу. Сам конструктор об этом периоде своей жизни рассказывает довольно весело, со свойственным ему юмором: «…а потом ещё и ящик дорогого коньяка поставили». Хотя, конечно, «катапультироваться» с должности конструктора в одном из главных оружейных КБ огромной страны до мастера-ремонтника в небольшой оружейной мастерской – та ещё одиссея.

«Блазеры» с воронежским акцентом

Впрочем, счастливый билет Попикову всё же достался – в лице владельца фирмы Blaser Герхарда Бленка. С лета 1993 года Сергей Васильевич начал работать на Blaser. Принимать на работу конструктором человека, не знакомого с особенностями производства (которое в Германии от привычного тульского отличается как небо и земля), не умеющего работать с получившим тогда распростанение черчением на компьютере, и главное, не знающего даже языка остального персонала фирмы – довольно рискованный шаг со стороны руководства. Как вспоминает сам Попиков, фактически весь первый год работы на Blaser он только присматривался к происходящему на фирме при помощи специально приставленного русскоговорящего сотрудника. А дальше, как говорит он сам, «освоился, втянулся и начал работать в полную силу».

Список конструкторских работ Сергея Васильевича в Германии не менее внушителен, чем тульский. В отличие от широко распространённого в России мнения, что именно Сергей Васильевич был создателем легендарного R93, он сам всегда говорил, что для этой модели разрабатывал только оснастку производства прикладов: к моменту прихода в компанию Blaser 93-й был давно в разработке под прототипным названием SR92.

А вот к разработке Mauser М03 Сергей Васильевич имеет прямое отношение. Владелец Blaser в 1999-м году приобрёл все три бренда, и команда конструкторского отдела Blaser получила техзадание на разработку нового модульного карабина для Mauser. Первый прототип был очень похож на 93-й – с той разницей, что затвор был не прямоходным, а поворотным. Но это было слишком близко к Blaser, поэтому модель Mauser 99 не пошла в серию, как и Mauser 2000. А вот созданный на её базе М03 до сих пор пользуется заслуженным уважением охотников. Многие из решений, применённых там, получили, в свою очередь, развитие в модели Sauer 404.

Сергей Васильевич в ходе наших бесед с особой гордостью и теплотой вспоминал, в частности, двуствольную вертикалку Blaser F3. Для фирмы Blaser это был шаг на новый сегмент рынка, где до этого долгое время эталоном считались образцы итальянских конструкторов. Для самого Попикова – дальнейшее развитие идей, начатых ещё в ТОЗ-91-2, воплощение которых «в металле» стало возможным только декаду спустя, на станках совершенно другого уровня. Как сказано в одной из посвящённых ей статей: «Сплав русской конструкторской мысли с технологическими возможностями немецкой оружейной индустрии». Можно ещё добавить: с некоторыми решениями военного производства, например 100% взаимозаменяемостью всех узлов и деталей – но это благодаря не увеличению допусков, а, наоборот, жёсткому их ограничению в пределах нескольких сотых долей миллиметра, где это необходимо.

«Блазеры» с воронежским акцентомУспех F3, в свою очередь, стал поводом для ещё одной сложной конструкторской задачи, которую поставили перед Попиковым. При всей своей удачности «тройка» получилась довольно дорогой для конечного потребителя. Для широких масс охотников и стрелков нужно было что-то «такое же, но подешевле», и от Сергея Васильевича потребовалось разработать спортивно-охотничью вертикалку.

При этом желаемая универсальность, то есть пригодность нового ружья как для охоты, так и для спортинга, ставила перед конструктором довольно суровые условия. Настрел из дробовика у охотника даже за хороший сезон обычно не превышает несколько сотен выстрелов. Для спортивного же стрелка цифра в десятки тысяч выстрелов не выглядит чем-то запредельно фантастическим. Принципиально разные нагрузки, условия использования, и при этом нужно обязательно сохранить «фирменные» качества блазеровских ружей, в первую очередь надёжность и безопасность. Что ж, судя по отзывам охотников и спортсменов из разных уголков планеты, а главное, по успешным продажам дробовика Blaser F 16 в варианте как Sporting, так и Game, Попикову успешно удалось решить и эту задачу.

Один из последних проектов Сергея Васильевича, который он разрабатывал вместе с Евгением Фестером, – самозарядный дробовик с уникальной механикой подачи патрона и способами заряжания, отличными от ограниченной в функционале классики, надёжно работающий с патронами различной длины и массы заряда – в производство так и не пошёл. Пока. Возможно, со временем руководство фирмы решит, что и такой образец достоин места в производственной линейке. Задела хватит: хотя сам Попиков уже на пенсии, созданных им на Blaser и не пошедших по тем или иным причинам «в работу» образцов хватит не на одно десятилетие.

В любом случае сам Сергей Васильевич считает, что благодаря переезду в Исни у него появилось куда больше возможностей реализовать себя как конструктора стрелкового оружия, чем в Туле. Теоретическая база, школа конструирования – всё это, конечно, имеет значение. Но и технологии производства запросто могут придушить любой полёт фантазии. Как говорил по этому поводу сам Попиков, проводя на Blaser экскурсии для бывших коллег: «Пусть смотрят сколько хотят – воспроизвести „у себя“ всё равно не смогут».

Судя по количеству людей, купивших его блазеровские ружья и затем обращавшихся к Мастеру как за помощью/консультацией, так и просто со словами благодарности, Сергей Васильевич в своей оценке ничуть не ошибался.

Все статьи номера: Русский охотничий журнал, февраль 2023

1657
Adblock detector