![Победа будет за нами! Отчет Росохотрыболовсоюза](assets/images/journals/2023/rhm-2023-02/otchet-rosoxotryibolovsoyuza/otchet-rosoxotryibolovsoyuza_25.jpg)
В конце 2022 года состоялась пресс-конференция Росохотрыболовсоюза, на которой с отчётом за три года выступила её президент Татьяна Арамилева. Совершенно казённое начало, правда? Но дело в том, что в своём выступлении Татьяна Сергеевна рассказала о большом количестве ситуаций и проблем с охотничьим хозяйством, без объяснения которых ситуация в отрасли выглядит просто нерешаемой. К сожалению, в официальном пресс-релизе они не нашли отражения, поэтому наш журнал взял на себя смелость опубликовать в бумаге стенограмму этого выступления. Думаю, что людям, которые по-настоящему разбираются в отрасли и её проблемах, эта запись будет и интересна, и нужна.
Главный редактор Михаил Кречмар
2022 год для нас был ознаменован тем, что 17 февраля состоялось отчётно-выборное общее собрание Росохотрыболовсоюза, на котором присутствовало 74 члена из 81. Мы доложились об итогах хозяйственно-финансовой деятельности. Заместитель председателя центрально-ревизионной комиссии Сергей Викторович Буслаев проинформировал о результатах проверок нашей деятельности. Общее собрание признало итоги работы за отчётный период удовлетворительными. И на период до 2027 года президентом Росохотрыболовсоюза избрана Татьяна Сергеевна Арамилева. Заместителем президента – Андрей Алексеевич Сицко. Ответственным секретарём Росохотрыболовсоюза избрали Викторию Аркадьевну Павлову. Это руководители центрального аппарата управления Росохотрыболовсоюза, которые будут работать, я надеюсь, до 2027 года.
12 марта на базе Военной академии имени маршала СССР Тимошенко в Ярославской области у нас состоялись состязания открытого межрегионального чемпионата по охотничьему биатлону. Команда победителей – Московское областное общество охотников и рыболовов. Ещё 11–13 июня 2022 года в Валдайском районе Новгородской области прошла 13-я всероссийская выставка охотничьих собак. Это самое крупное у нас мероприятие по охотничьему собаководству, проходит один раз в 5 лет.
Предыдущие выставки проходили в Тульской области (2 раза), в Тверской, в Тамбовской и Московской областях. А ещё раньше они проходили в Санкт-Петербурге и Москве. Впервые Росохотрыболовсоюз проводил эти мероприятия с уполномоченным органом субъекта РФ по охотничьему надзору. Наш опыт показал, что и с субъектовыми органами можно слышать и слушать друг друга, выходить на какие-то позитивные моменты. По оценкам участников выставки, по оценкам экспертов к нам никаких замечаний не было, очень многие отзывались об этой выставке как об отличной.
Проводились также выставки охотничьих собак и в Саратове, и в Тюмени, и практически во всех регионах, которые занимаются охотничьим собаководством. В открытой продаже есть тематический календарь, посвящённый 13-й выставке охотничьих собак, он рассчитан на 3 года и охватывает период по май 2025 года. В преддверии выставки был проведён всероссийский творческий конкурс «Мой верный друг», организованный Музеем охоты и рыболовства Росохотрыболовсоюза. Цель конкурса – формирование бережного отношения к животным. В конкурсе приняли участие более 100 ребят из разных уголков страны: из Архангельска, Санкт-Петербурга, Перми, Великого Новгорода, Твери, Башкортостана, Самары, Саратова, Ростова-на-Дону, Магаданской области, Москвы и Московской области.
Периодически в Музее охоты и рыболовства проводятся курсы подготовки экспертов по оценке охотничьих трофеев. Конечно, нам надо активизировать эту работу. У нас была предварительная договорённость с экспертом международной категории СIC Владимиром Смеловым, который готов стать во главе этого направления и активизировать эту работу по линии СIC. И хотя мы приостановили членство в СIC после начала специальной военной операции, хочу отдать должное международному сообществу охотников: ни один из них камень в наш огород не кинул.
Я полагаю, в этом есть и заслуга Росохотрыболовсоюза: вся политическая составляющая, предшествующая этому году, была выстроена нами грамотно. Чтобы вы понимали: с 1989 года, после того как российская делегация была принята в Международный совет по охоте, всё финансовое бремя взносов легло на плечи Росохотрыболовсоюза. И это немалая составляющая – 4000 евро. То есть Росохотрыболовсоюз нёс такое финансовое обременение , чтобы российская охота была представлена в международной плоскости. Но в связи с событиями 2022 года мы с СIC договорились, что до урегулирования всех этих вопросов не будем перечислять членские взносы.
По специальной военной операции хотелось бы отметить два момента. Первый – у нас среди охотников и охотнадзора довольно большое число добровольцев. То есть ряды поредели очень сильно. Очень много мобилизованных и добровольцев было из системы особо охраняемых природных территорий. И сейчас ситуация с надзором очень напряжённая, потому что ушли кадры, которые действительно были лицом охотничьего надзора. Из Красноярского края, насколько я знаю, было довольно много мобилизованных и добровольцев. И егеря из общественных организаций, организаций охотпользователей. Но это одна часть. Вторая часть касается помощи сражающимся. Например, в Ярославле добыли из своей квоты 16 лосей, заготовили тушёнку, передали её для сражающихся. В Новосибирской области точно так же приобретали необходимые вещи, тепловизоры и другие заказанные участниками спецоперации средства. Так что наши общественные объединения не остались в стороне.
А теперь перейдём к самому важному – к проблемным вопросам, на которые я хотела бы обратить ваше внимание. Здесь довольно много людей, всю жизнь положивших на охотничье хозяйство или всю жизнь освещавших связанные с ним вопросы. И вы прекрасно знаете, что охотничье хозяйство любой страны, в том числе РФ, стоит на двух ногах.
Одна нога – это охрана, вторая – управление популяциями и грамотное ведение мониторинга для управления популяциями. К сожалению, я должна констатировать, что на сегодняшний день у нас есть глубочайшие проблемы как в охране охотресурсов, так и в мониторинге, в учётах и как следствие в управлении популяциями, включая проблемы с нормативами, которые загоняют людей в нелегальную охоту.
Какие же вопросы продолжают решаться и были решены? О взыскании годового размера сборов за пользование объектами животного мира. Вы все помните, что начиная с 2016 года мы постоянно пытались решить этот вопрос и натыкались на любимую фразу департамента охоты: «Но все же как-то приспособились». В результате очень тяжело, но решили! Спасибо бывшему замминистра природных ресурсов Ивану Владимировичу Валентику, Николаю Петровичу Николаеву, Владиславу Матусовичу Резнику.
Общими усилиями в закон было внесено изменение. А ведь это был годовой сбор за воздух практически. К сожалению, в отдельных субъектах, например Курганской области, продолжают взыскивать эти средства, и суды по этому вопросу проигрываются. Всё это последствия нежелания Минприроды решать вопрос здесь и сейчас, в тот момент, когда его надо было решить.
Также мы продолжали участвовать в общественном обсуждении приказов Минприроды, особенно по приказу по ограждающим конструкциям. Очень, кстати, некачественному приказу – общими усилиями его удалось положить пока на полку.
Ещё один момент. Правительство в лице Министерства природных ресурсов выложило проект статьи 8.37.1 Административного кодекса, где предлагается взымать немалые штрафы за предоставление недостоверных данных учёта охотничьих ресурсов. Что получается? Мы провели тот же зимний маршрутный учёт по сомнительным методикам, получили данные, несопоставимые с предыдущими, потому что они всё время устраивают кавардак с этими методиками. И через 3 месяца по какой-то совершенно другой методике, абсолютно, может быть, непрозрачной и непонятной, кто-то идёт, делает учёт и видит, что кабана стало больше.
Размножился кабан в мае, апреле, увеличил свою численность. И охотпользователям говорят: «А вы дали недостоверные сведения! За это вас надо наказать». Абсолютно абсурдная ситуация, которая как будто делается специально, непонятно зачем. Мы обратились в Минэкономразвития и межфракционную группу депутатов. Депутаты высказали своё неприятие этого законопроекта, и Минэкономразвития также написало отрицательное заключение. Правда, мы пока его не видим на «Регулейшен», но они обещали в ближайшее время его разместить.
Ещё раз напомню, что мы аккредитованы Министерством юстиции в качестве независимого уполномоченного эксперта на проведение независимой антикоррупционной экспертизы нормативно-правовых актов и проектов нормативно-правовых актов. У нас есть все основания участвовать в проведении антикоррупционной экспертизы и давать свои заключения, что мы постоянно и делаем.
В декабре 2021 года центральный совет Военно-охотничьего общества принял решение создать и утвердить собственные правила, регламентирующие деятельность по охотничьему собаководству. А Росохотрыболовсоюз имеет свою систему ведения племенного охотничьего собаководства. Многие наши документы защищены патентами, авторским правом и находятся под защитой закона.
Мы встречались с представителями центрального совета, с кинологами, с замом С.Б. Хорошилова А.А. Гаевым и спрашивали: «Вы собираетесь проводить все мероприятия по своим и только по своим правилам?» Они отвечали, что да. Мы задавали следующий вопрос: «Каким образом Росохотрыболовсоюз может принимать документы, оформленные по вашим правилам?» Мы не были услышаны. Тогда мы проинформировали их, что не можем принимать документы, оформленные по их собственным правилам, которые не соответствуют нашим.
При этом работу Российской кинологической федерацией (РКФ) они, по их словам, выстраивают по правилам РКФ. На сегодняшний день самая тяжёлая обстановка во взаимоотношениях кинологов с Военно-охотничьим обществом – в Уральском военном округе. Часть секций, которые были в областном союзе, в своё время, подавшись на добрые обещания, ушли в военное общество. Но после того как они познакомились со стилем их работы, они все вернулись обратно. Я говорю об этом, чтобы в дальнейшем не возникало вопросов.
Ещё проблемный вопрос. Сейчас в Государственной думе находится законопроект о внесении изменений в Налоговый кодекс, и он прошёл первое чтение. Абсолютно непонятно, как он будет действовать. Зачем создавать эти трудности? Если сейчас охотник, допустим, пенсионер, идёт на одного бобра, то он заплатил 60 рублей и добыл этого бобра. А завтра он должен будет заплатить за всю группу видов 600 рублей плюс 650 рублей госпошлина, если это в общедоступных угодьях. Закон совершенно не просчитан экономически, абсолютно не готово правоприменение. Мы держим руку на пульсе, но хочу сказать, что для такого законопроекта было выбрано крайне неудачное время: народ и так напряжён до предела. И это абсолютно политически незрело, скажем так. Но этот законопроект находится на контроле у Администрации президента.
Ещё один законопроект – по охотминимуму. По нему много вопросов. Первый – зачем мы должны сначала получить справку, как для владения оружием, и только потом идти сдавать охотминимум и получать охотничий билет? Но вообще есть ещё два момента, на которые я хотела бы обратить внимание. Первый – это то, что непосредственно в законе должно быть основополагающим: цель охотминимума, как он, чего он, порядок – это должно содержаться в законе об охоте. И второй – надо помнить о том, что любое обучение в нашей стране лежит под законом об образовании, то есть под Минобрнауки. И если вы посмотрите, что в этом законе прописано, то поймёте, что никакого обучения охотничьему делу не будет никогда. По этому пути мы идти не можем, хотя бы в силу того, что у нас, помимо жителей городов, крупных посёлков и районных центров, есть отдалённые сёла, улусы, разные деревушки.
Есть ещё один вопрос, который с виду кажется очень простым. И вот он наиболее наглядно показывает всю нашу работу совместно с государственным органом. То есть с органом, определяющим государственную политику в сфере охоты. Это вопрос по ОКВЭД, с которым столкнулись наши организации, причём не вчера, не позавчера, а несколько лет назад. Когда наши организации стал проверять Фонд социального страхования, выяснилось, что у нас в ОКВЭД есть два кода: 01.70, который говорит вообще про «охоту», и второй код 93.19, который находится в спорте и развлечениях и говорит про спортивную и любительскую охоту.
Почему все в последнее время говорят, что охотники – это развлекающиеся? Потому что у нас деятельность отнесена к этому ОКВЭД. Получается, что когда ФСС заходят на проверку, они видят, что по 01.70 коэффициент расчёта 8,5 – по самому высокому классу профессионального риска, 32-му. Урановые руды и их разработка ниже по классу профессионального риска, понимаете? В результате с наших общественных объединений стали требовать якобы неуплаченные в Фонд социального страхования деньги. Это не пять копеек, не десять копеек, это 1,5–2 млн. И эти деньги нам, общественным объединениям, неоткуда взять, кроме как из того кармана, куда положили деньги простые рядовые охотники.
То есть это автоматически ложится на наших простых граждан-охотников. Когда мы стали разбираться, то выяснили, что, оказывается, есть недочёт в приказе по этим ОКВЭД. И куда мы только не обращались! В первую очередь, ещё несколько лет назад, мы пошли в наше родное Министерство природных ресурсов, но оно нам не помогло. Нам пытался помочь Николай Петрович Николаев, который в то время был председателем профильного комитета. Он обращался с депутатским запросом в Минэкономразвития. И то нам чётко сказало: «Мы, согласны, но инициатива этого процесса…Кто у вас госрегулятор? Минприроды? Вот Минприроды это и должно делать».
И это 4 года длится. Сейчас мы в судах. Так вот, мы обратились в Минприроды с просьбой в очередной раз инициировать поправку в этот приказ. А надо-то всего в пункте 93.19 указать слово «услуги», и больше ничего не надо! Мы подготовили им проект этого приказа, мы им всё дали, даже написали текст, его можно просто перепечатать и отправить в Минэкономразвития. Они наше письмо держали целый месяц, а потом направили запрос в Росстандарт. «Просим сообщить о возможности и целесообразности таких изменений». Ни своего мнения, ни позиции. Это наглядный пример, как сегодня охотничье сообщество, пытаясь выстроить какие-то отношения и выйти на решение какого-то вопроса с профильным министерством, получает волокиту и отсутствие какого- либо решения.
Следующий вопрос, на котором хотелось бы остановиться, – это массовая гибель охотничьих животных. Три года до этого момента везде писал один Росохотрыболовсоюз и наши региональные общественные организации. И мы получали или обычные отписки, или письма о том, что гибель происходит по естественным причинам. Но в этом году ситуация просто кошмарная, находят сотни зайцев и уток, и мы зашли по-крупному. Мы написали не просто руководителю противоэпизоотической правительственной комиссии Абрамченко, но и в Генеральную прокуратуру, в Следственный комитет, Володину, Матвиенко.
Ещё мы немного изменили формат общения с охотниками. У нас и социальные сети зашевелились, и сайт зашевелился. Будем изо всех сил стараться идти в ногу со временем. Кто не подписан на наш сайт и наши каналы, пожалуйста, подпишитесь.
Следующий момент – производственный охотничий контроль. К сожалению, мы сегодня находимся в патовой ситуации, которая вызывает шок, удивление и отсутствие понимания, что происходит. Первая попалась Ульяновская область. Там на все акты производственных охотничьих инспекторов получен отказ в возможности рассмотреть эти акты и возбудить дело об административном правонарушении. Если коротко, то по актам теперь нельзя составить протокол на нарушителя. Мы обратились в Минприроды. Минприроды подтвердило, мол, да, ребята, это так, но… это не наши полномочия, а идите-ка вы в Министерство экономического развития. Мы пошли туда и получили ответ, который нас добил.
Оказывается, дело не только в постановлении Правительства, а ещё в непонятках в Административном кодексе, который все читают по-разному. Вчера я задала депутатам: «Если Минэкономразвития и субъектовые органы так понимают наши законы, что мы завтра будем делать?» У нас 74 вопроса для проверки охотпользователей, из них 26 – по производственному охотничьему контролю. Мы чего там только не обязаны делать! И журнал вести, и рейды оформлять, и 600 вопросов выучить прежде, чем получить эти корочки. А зачем? Если этот акт – просто бессмысленность? И мы сейчас стоим на перепутье. Вся та работа по охране охотугодий, которая была выстроена охотпользователями, встанет.
Так вот, с производственным охотничьим контролем – швах. Что касается учёта животных этого года – это будет, конечно, вторая серия. А в следующем году будет ещё больше и ещё хуже. Так что те две ноги, на которых стоит охотничье хозяйство любой страны и любого континента, считайте, у нас отвалились. Это очень большая проблема и дело будущего. Росохотрыболовсоюз не оставит эти вопросы без внимания, мы будем продолжать.
Теперь хотела бы проинформировать по АЧС. В конце августа 2021 года мы обратились в противоэпизоотическую комиссию, непосредственно к Абрамченко, с просьбой включить нашего представителя в комиссию, и распоряжением Правительства я в неё была включена. Хочу сказать, что меня поразило. Все были абсолютно уверены, что враг номер один в АЧС – это дикий кабан. Установить рекомендуемую плотность кабана не менее одной особи на 1000 га во всех угодьях, пригодных и непригодных, если это пригодные – то 5–6 кабанов. Это рекомендация науки, кстати. Определить всё-таки целесообразность установления буферных зон вокруг свиноводческих комплексов шириной 30 км. Бред.
А мы постоянно говорили про интересы охотпользователей, про плотность кабана. И мы по-прежнему стоим на озвученных нами позициях. Потом, у нас есть такой хитрый приказ по профилактике АЧС № 37 от 28 января 2021 года, где в угрожаемой зоне при наличии случаев АЧС вводится запрет на все виды охоты на все виды животных. Это вообще нонсенс. Но больше всего меня поразило, что, когда мы были на совещании в Минсельхозе, в департаменте ветеринарии, они пытались снять наши все спорные и конфликтные вопросы. Там было заявлено, что предложение по запрету охоты при АЧС исходило от Минприроды. Сейчас нам говорят, что подготовлены изменения в приказ, но как будет на деле – посмотрим.
Мы очень долго, очень настойчиво добивались того, чтобы депутаты поправили часть третью статьи 8.37 Административного кодекса, которая штрафовала нас за всё: флагшток не так окрашен, штраф – 50 тысяч; кабана недорегулировали – 50 тысяч; учётную карточку неправильно заполнили – 50 тысяч. Настолько резиновая была статья – но нас никто не слышал. Все считают, что охотпользователь должен быть наказан за всё, за любой чих.
Мы прекрасно понимаем, что статус охотника, охотоведа, специалиста охотничьего хозяйства в нашей стране находится не то что ниже плинтуса, а ещё ниже. Его нет. Поэтому нами сейчас подготовлено и предварительно проговорено с сенатором Владимиром Альбертовичем Лебедевым предложение, чтобы попытаться и всё-таки сделать в Российской Федерации официальный День охотника. Сейчас есть разные мнения, своевременно это или не своевременно. Ну, моя позиция такова: этот путь надо начать, а когда он закончится – непонятно.
Но надо отдать должное людям, тем же великим советским охотоведам, великим охотникам, которые сделали мощь и славу охотничьему хозяйству России. Это первый момент. Второй момент. Я полагаю, что все проблемы, о которых я говорила, сложились в результате того, что у охотничьего сообщества просто нет гласной площадки, на которой могли бы обсуждаться вопросы, могли бы проговариваться и решаться отдельные моменты, появляться какие-то концептуальные решения. Я полагаю, необходимо просить Правительство включить в график проведения форума охотничий форум России. Пусть он будет не каждый год, но он обязан быть, потому что мы кулуарно и даже в СМИ можем излагать любую информацию, но когда нет личного общения, нет общения глаза в глаза, невозможно спорить и выходить на какое-то решение. Это всё заканчивается тем, что мы поговорили, обратились, но не получили никакого результата.
Естественно, продолжает стоять вопрос о защите инспекторов. На сегодняшний день законопроект о внесении изменений в закон об охоте по государственному страхованию охотинспекторов прошёл первое чтение, но на второе чтение он выйти не может. И хочется верить, что хватит и здоровья, и жизни, чтобы дождаться этого законопроекта. Правда, я не обольщаюсь, потому что все наши хорошие законопроекты, которые должны были облегчать жизнь охотпользователям, в результате различных вмешательств порой менялись кардинально.
И ещё хочу вас проинформировать, что мы обратились в два вуза, Кировский и Иркутский сельхозинституты по-старому, которые сейчас стали аграрными университетами (ФГБОУ ВО «Вятский ГАТУ» и ФГБОУ ВО «Иркутский ГАУ»), с просьбой увековечить память людей, которые учились в этих стенах, людей, которые сделали всё для охотничьего хозяйства страны. Это удалось, хотя, как обычно, с большими усилиями. В Кирове не так всё просто оказалось. Неимоверным трудом, с помощью Марии Бутиной, которая представляет в Государственной думе Кировскую область, удалось получить разрешение на размещение памятной доски. Эскиз готов, и как только доска будет готова, она будет открыта.
Естественно, там есть строки великого Пришвина о том, что, защищая природу, человек защищает родину. Памятную доску планируется разместить на головном здании агротехнологического университета. По крайней мере, будет место, куда можно прийти, поклониться. Вспомнить друзей, коллег, которых мы потеряли. А в Иркутске дело гораздо проще: они сейчас находятся на стадии изготовления памятника, эскиз памятника был оформлен на их ежегодной конференции. Спасибо членам Клуба горных охотников, которые в течение трёх-четырёх дней собрали необходимую сумму для запуска в работу и оформления всего, в том числе и постамента.
Там уже будет конкретика, и это будет уже второй памятник, посвящённый специалисту охотничьего надзора. Первый был открыт в Уссурийске, но там, конечно, больше направленность в сторону природоохранной составляющей. Считаю, что если мы добьёмся того, что на факультеты охотоведения или специалистов дикой природы будут приходить молодые ребята, которые захотят посвятить свою жизнь, как мы с вами, охотничьему хозяйству страны, то наше дело будет правое и победа будет за нами.
Все статьи номера: Русский охотничий журнал, февраль 2023