О гоньбе и автоподаче

Охотничьи собаки
О гоньбе и автоподаче

Гоньба в той или иной степени появляется практически у всех легавых. Вернее будет сказать, у всех молодых подружейных собак, включая спаниелей и ретриверов, работающих до выстрела, но больше всего споров она вызывает именно у легавых.

Надо отметить, что гнаться за улетающей птицей многие молодые собаки начинают не сразу. Вполне обычным является поведение, когда собака провожает взглядом взлетевшую из-под работы птицу. Она может даже немного проскочить за ней, если подводка была достаточно энергичной, но затем возвращается обнюхать место сидки. Продолжается так обычно до тех пор, пока собака не свяжет будоражащий её запах с улетающим из-под работы объектом. Как только она поймёт, что этот объект, птица, и есть источник такого волнительного для собачьей природы запаха, тут и начинается гоньба с целью догнать и заполучить, словить этот источник, как велит инстинкт хищника.

Для молодых легавых в гоньбе есть как свои объективные минусы, так и не менее объективные плюсы. Главный минус – собака может перевозбудиться, потерять контакт с ведущим и «уйти в горизонт», хотя намного чаще перевозбуждение нервной системы приводит к тому, что собака вдали от ведущего и не обращая на него внимания начинает без стойки поднимать и гонять всё подряд, включая жаворонков и иногда даже бабочек. При натаске в компактных угодьях с относительно высокой плотностью дичи, как на дупелиных лугах в мае, это может приводить к срыву занятий.

О гоньбе и автоподачеТот пяток дупелей, который натасчик «бережёт», может быть разогнан в пять минут. При натаске по куропатке, особенно ранней весной, когда в степи других птиц практически и нет, такой проблемы не возникает. Плотность птицы там обычно на порядок меньше, и легавая просто не успевает на выбросе адреналина наткнуться на ещё одну пару. И тут опытный натасчик может по полной использовать плюсы гоньбы. Собак робких, которые боятся отходить далеко от ведущего, или недостаточно пока азартных, наоборот, стоит поощрять гонять. Это помогает расширить поиск, добавить робким уверенности, а мало азартным – страсти.

Остаётся добавить, что ранняя преждевременная остановка легавой, особенно страстной легавой с хорошей верной и твёрдой стойкой, нередко приводит к тужению, а то и полному отказу от подводки по сильно пахнущей дичи. Так называемая мёртвая стойка. Поэтому легавых, которые выступают по правилам ФТ, как правило, останавливают (прерывают гоньбу, дрессируют оставаться на месте после взлёта птицы) уже вполне взрослыми, правила ФТ разрешают угонки до 2,5 лет. Также и на испытаниях молодых легавых в Германии на гоньбу после стойки обращают мало внимания. Справедливости ради надо сказать, что немецкие правила испытания молодняка вообще мало внимания уделяют работе по птице со стойкой.

Обычно, если у собаки всё в порядке с мозгами и с полным досугом, она довольно быстро понимает, что гоньба – дело бесперспективное, пустая трата времени и сил. Из-за крайней степени возбуждения перед взлётом прогоны могут оставаться, но становятся всё короче и короче. И совсем остановить легавую, которая уже «нагонялась», обычно не представляет особого труда. Если не одно «но». Когда с молодой легавой охотятся и стреляют из-под гоньбы после стойки, её мотивация быстро меняется. Приходит понимание, что птица после выстрела падает и становится реально достижимой. Такую устоявшуюся модель поведения изменить сложнее. К тому же быстрая на ноги легавая с интенсивной подводкой в случае гоньбы реально мешает стрельбе, особенно на открытых пространствах поля, луга и степей.

Теперь об автоподаче, т. е. самовольном без команды сходе на подачу битой птицы. Механизм её формирования прост, как любой условный рефлекс. Если команда на подачу следует после падения птицы без должного промежутка, то само падение быстро становится такой командой. Что такое «должный промежуток»? В спокойном состоянии психики собаки принято считать, что это 4 секунды. Такое время в среднем необходимо на осмысление команды и начало её выполнения.

В возбуждённом состоянии это время может значительно изменяться. Если мы, например, хотим заменить уже знакомую и закреплённую команду «ко мне» свистком, то сначала даём свисток, а затем не позднее чем в 4 секунды команду голосом. В итоге свисток быстро подменяет голос. То же самое происходит с командой «апорт», если она даётся слишком поспешно. А как только падение птицы само по себе становится командой к её подаче, дальше автоматически то же самое происходит сначала с выстрелом, потом со вскидкой ружья, и наконец командой на подачу становится сам вылет птицы – визуально автоподача трансформировалась в обычную гоньбу. Так может показаться.

Хотя на самом деле разница, как правило, есть и значительная. В случае автоподачи взлёт остаётся командой, к тому же командой именно на подачу. Нет объекта подачи – нет и беготни до горизонта. Такой условный рефлекс преодолеть проще. От автоподачи собака, которая уже была остановлена, останавливается легче и намного быстрее, чем от истинной гоньбы.

И теперь о практической стороне вопроса, или почему подавляющее, абсолютное большинство легашатников-европейцев не останавливают собак на охоте. Дело в том, что при достаточном полевом досуге на второй-третий сезон легавая с нормальной крепкой психикой уже не будет гнать так, как я описал гоньбу молодых. Она в любом случае бежит за улетающей птицей с единственной целью – проверить, не упадёт ли она. Поскольку процентов 90 подранков любого вида, затаивающегося на земле, падают или садятся в пределах 50 метров, то и дальше этого расстояния, а обычно раза в полтора ближе, легавая, с которой достаточно охотятся, и не бежит.

О гоньбе и автоподаче

Зато если птица всё-таки подранок, то такой прогон (хоть истинная гоньба, хоть автоподачи) позволяет часто сэкономить значительное время на поиски. А если охотник со своей точки уже не видит птицу, то и добавить трофей. Это особенно актуально при охоте на вальдшнепа и фазана, которые вместе составляют минимум три четверти всего объёма добычи европейских легашатников. При том, что, кроме Германии, где как таковая охота с легавой практикуется очень мало, дрессировке легавых принято уделять мало времени – бытует мнение, что дрессировка вредит природным качествам. Чушь, конечно: дрессировка просто мешает коммерческой натаске.

Тем не менее совокупность объективных плюсов и субъективных факторов даёт то, что имеем: в Европе охотничьего видео работ легавых, где собака подводила бы не у ноги (чтобы не успеть помешать выстрелу) и оставалась бы на месте после взлёта и выстрела, практически не сыскать.

Теперь о том, как оно должно бы выглядеть в идеале. В идеале всегда лучше иметь обе возможности: возможность сразу после выстрела или одновременно с ним послать собаку на подачу командой, равно как и возможность оставить её на месте и не посылать вообще. Если собака остановлена, а охотничьих собак с нормальной психикой и достаточной страстью большинство толковых натасчиков рекомендуют останавливать сразу, для того чтобы не развилась автоподача, достаточно просто не посылать её на подачу сразу после выстрела.

Подзывайте, усаживайте и подбирайте птицу сами. Только в случае идеальных работ в качестве поощрения собака отправляется на подачу, но после длиной паузы, не раньше чем через полминуты-минуту. Такой подход, кстати, избавит и от нежелания собаки выполнять на охоте уже поставленную тренировками подачу – жадности на фоне возбуждения. Вообще, стоит всегда помнить, что на поиск битой птицы и работу нижним чутьём, а также на её подачу, легавая тратит значительно больше сил в единицу времени, чем на саму охоту. Только ради сбережения трудоспособности собаки стоит при возможности отказываться от подачи и подбирать птицу самому.

Все статьи номера: Русский охотничий журнал, июль 2022

458