Охота по перу и русский спаниель на Среднем Урале

Охотничьи собаки
Охота по перу и русский спаниель на Среднем Урале

Первая половина августа на Среднем Урале. Только представьте: освежающая утренняя заря, зелёные холмы и логовины… высоченный борщевик, крапива стеной, давно отцветший и весь в пуху иван-чай; мышиный горошек, стягивающий ноги, как колючая проволока, обильная роса, почти полное отсутствие ветра и нарастающий с каждым часом зной, а впереди километры и километры угодий.

Далеко не каждый человек будет готов к таким испытаниям, чего не скажешь о маленьком, но юрком русском охотничьем спаниеле, который в это самое время резво, на свечках, влетает в сырой бурьян.

Да, охота открыта, на полевую и боровую птицу, с подружейными собаками. Праздник для охотного человека и его спутника. Классический тандем: человек и собака. Самые непроходимые и труднодоступные места угодий на Среднем Урале – как раз стихия русского охотничьего спаниеля. И речь даже не о болотах и кочкарниках, а именно о полях, старых посевных полях, которые уже начали зарастать мелкачом, и мало того, изрезанных логами и оврагами. Здесь со спаниелем мы охотимся на серую куропатку, выводковых тетеревов и, конечно же, на вечно бегущего коростеля. Последний может стать бичом даже для неплохо поставленной легавой, но не для спаниеля, недаром его зовут птичьей гончей. Пусть трофей этот неказист видом, зато кулинарные достоинства птицы на высоте.

Охота по перу и русский спаниель на Среднем Урале

Можно вечно смотреть на горящий огонь, текущую воду и на то, как русский спаниель работает по коростелю: море азарта, адреналин, все чувства остро настроены на результат. В кругу знатоков считается высшим пилотажем стабильно результативная работа собаки по дергачу. Вообще, по манере поиска, а потом и по подводке собаки намётанный глаз охотника может без труда определять, по какой птице сейчас работает его спаниель. Если собачий нос причуял коростеля, начинаются резкие рывки из стороны в сторону, которые могут продолжаться на значительном отрезке поля, луга. Если же собака упала на хвост косачам, то её подводка будет скоротечной, прямолинейной, даже с большого расстояния.

Когда речь заходит об охоте на серую куропатку, которая, кстати, нечастый трофей на Среднем Урале, доставляет особое удовольствие «собирать» разлетевшийся после наскока собаки выводок. Птица таится порой в такой непролазной крапиве, под два метра высотой, что с ужасом наблюдаешь за тем, как оттуда сначала поднимается на крыло молодая куропча, а потом оттуда же её, только уже битую, подаёт в руки хозяину русский спаниель. Бедняжка щурит набитые крапивой глаза. Нос, который когда-то был чёрным, как уголёк, стёрт до розового цвета, в ушах полным-полно зелёных колючек-репешков. Знали бы вы, сколько сил уходит на то, чтобы привести собаку в надлежащий вид после полей! Да прибавьте к сему ещё и не одну мутную дорожную лужу, мимо которой собаке никак нельзя пройти.

Охота по перу и русский спаниель на Среднем УралеВедя разговор о спаниеле, нельзя не поговорить об утиной охоте, ведь до сих пор, особенно в сельской местности, при виде длинноухой, с лоснящейся шерстью пегой собачки многие восклицают: «О, это же утятница!» И неважно, что утятница – это чугунное блюдо для приготовления утки или гуся в печи. У людей давно засело в голове, что спаниель – главный помощник на охоте по уткам. И ненапрасно. При ходовой охоте, именно ходовой, спаниель хорош, вынослив, отлично переносит холодную воду. Он проберётся в любые заросли и заставит взлететь чирков или затаившегося крякаша, после меткого выстрела найдёт и подаст всех. Хорошо поставленному спаниелю достаточно жестами указывать, как бы помогая в поиске на расстоянии, где упала битая дичь. Это удобно, когда вы с собакой, например, находитесь на разных берегах небольшой речки.

За очень редким исключением русские спаниели не мыслят себя без воды и плавания. Это прибавляет им выносливости, собаки становятся не сильно восприимчивы к низким температурам. Мой спаниель Макс мог часами плавать даже на большой воде, почти пропадая из вида. Я никогда не переживал за него, зная, что собака в состоянии проплыть сколь угодно много, проделать огромное расстояние по водной глади.

Подача спаниеля – основополагающий признак породы, по крайней мере, так завещали создатели породы. Но, к сожалению, при постановке подачи, именно подачи, а не апортировки, у русского охотничьего спаниеля можно наткнуться на проблемы. Мне, например, пришлось приложить очень много усилий. Если в парке на прогулке собака прекрасно апортировала мячики или даммисы, то на охоте свежебитая, горячая птица вызывала у собаки абсолютное нежелание приносить её в пасти охотнику.

Охота по перу и русский спаниель на Среднем Урале

Сперва я думал, что это мои ошибки в постановке послушания и натаске, но затем, посетив достаточно племенных рабочих мероприятий и изучив результаты испытаний и состязаний русских охотничьих спаниелей, пришёл к выводу, что подача как врождённое достоинство РОСа, обещанное родоначальниками породы, в результате, возможно, халатного отношения к племенному разведению перестало быть постоянным. Об этом часто говорит таблица оценки собак на племенных мероприятиях: по подаче с воды и с суши баллы падают на грань неполучения полевого диплома, а ведь это как минимум врождённое качество и «домашняя заготовка» перед испытаниями. Но при желании можно добиться неплохих результатов, лишь бы было терпение.

А теперь перенесёмся на месяц вперёд. Лес надевает осенний наряд, лаская глаз праздного человека. Хмурые тучки рвутся и сыплют мелкую морось, пролетая над берёзовым янтарём. Ещё вчера, кажется, был бархатный уральский август, а сегодня осеннее дыхание переменчивого сентября. Начинается самая поэтичная охота – охота на осеннего вальдшнепа. Ещё впереди высыпки, и охотник со спаниелем отправляются на поиски местного одиночного вальдшнепа. Как правило, до высыпок, то есть до начала отлёта, лесной кулик хорошо рассредоточен по лесной части угодий.

Охота по перу и русский спаниель на Среднем УралеОн встречается и в плотном «карандашнике», и на лесных полянах, старых лесовозных дорогах, вырубках и даже на краю посевных полей. Кстати, такая охота может принести плоды в виде добычи зайца из-под спаниеля. Ещё не перелинявший молодой беляк подпускает собаку вплотную. Но, конечно же, увидев, как заяц даёт стрекача, никто не устоит, и мой по характеру холеричный спаниель гонит его во все лопатки, заливаясь лаем. Что это, огрехи в постановке? А какой охотник не хочет добыть зайчика? Приходится брать на себя ответственность, особенно в азарте, и умудряться стрелять косого почти на одной линии с собакой. Опасно это, собаку нужно беречь.

Вообще, считайте, что вам повезло, если вы выбрали когда-то щенка со спокойным нравом. Охотничьи собаки и должны быть такими, так должно строиться племенное разведение – всех холериков за порог! Мой спаниель здорово перевозбуждается и впоследствии при причуивании зайцев начинает носиться с лаем на жировках косого.  Но всё-таки заяц – это не профиль русского охотничьего спаниеля, его профиль – охота по перу. Тем более подходит время вальдшнепиных высыпок.

После первых трёх-четырёх таких охот с РОСом я первый раз задумался о легавой. Ведь в лесу, тем более в плотном молоденьком березнячке, либо челнок, то есть ширина поиска собаки, должен сузиться, чтобы она работала у вас под ногами, либо собака должна вас ждать в стойке, когда возьмёт носом птицу. Иначе возможность сделать выстрел будет минимальной. За выход спаниель может делать десятки работ по вальдшнепу. В отчаянии стрелок начинает палить сквозь плотные ветки, толком не вскинувшись. Нередко это происходит на невыгодном расстоянии, как в ту, так и в другую сторону. По итогам таких охот результативность минимальная: из двух десятков подъёмов добыт один кулик или вовсе не добыто ничего.

К тому же на смену наслаждению от красивого действа вальдшнепиной охоты приходит раздражение от постоянного одёргивания спаниеля, ведь стойки он не делает и стрелок просто не успевает продраться через мелкач за собакой, поднимающей очередную птицу, а то и пару вальдшнепов. Перестроить челнок собаке – довольно сложное мероприятие, лучше оставить как есть. Да и к тому же лучше иметь хорошего узкого специалиста по одним видам дичи, чем плохого универсала.

Охота по перу и русский спаниель на Среднем Урале

Без сомнений, стихия русского охотничьего спаниеля – поля, заросшие бурьяном, границы культурных посевов, заросшие мелкие речки и ручьи: там он может показать красоту и охотничье собачье мастерство. Но не надо обманывать себя и ждать, что собака одинаково хорошо будет помогать вам на охоте другого рода. Считается, что универсальность – это тупик охотничьей породы. На сегодняшний день в моей команде, в моём «собачьем арсенале» два участника. После пятого сезона охоты с русским спаниелем мной был выбран щенок курцхаара, и взял я его именно для вальдшнепиных охот, а также охот на октябрьских куропаток, когда уборочная уже закончилась и кормящаяся остатками зерна птица сильно разрознена по огромным полям. К сожалению, командная работа этих подружейных собак невозможна. Но мне как увлечённому охотнику открываются огромные перспективы, чему я рад безгранично.

Кстати, видео наших уральских охот с русским охотничьим спаниелем можно увидеть на YouTube-канале под названием «Рыжий Ус». Скоротечен сезон охоты по перу на Среднем Урале, время летит, как вальдшнеп, уходящий от выстрела между берёз. Настоящий спокойный охотник ценит это время, проводит его всегда с пользой. Такой человек ценит и уважает классику во многих вещах: в музыке, литературе, искусстве, одежде, еде и, конечно, в охоте. Классика ружейной охоты – это охота по перу, душа классической ружейной охоты по перу – это собака.

Все статьи номера: Русский охотничий журнал, июль 2021

556