«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

Дела текущие
«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

Мой отец был профессиональный инструктор по туризму, поэтому тяга к природе, активному на ней отдыху, а затем и к охоте, в какой-то степени была заложена во мне генетически. Отец, правда, никогда меня с собой не брал – наверное, считал, что так по-житейски мудрее, но… от судьбы не уйдёшь, или, другими словами, чему быть, того не миновать.

Уже в институте мы с друзьями поехали «в поход» на приполярный Урал – пожить в избушке в тайге, поесть грибов и ягод. Они, правда, как и рыба, скоро надоели, и остро захотелось чего-нибудь мясного, причём желательно свежего. А хозяин зимовья был охотник, у него была лайка, и с ними как раз я и узнала, что такое охота. Кстати, как лайка работает по глухарю, я с тех пор так больше ни разу и не видела. В общем, тогда я с ними ходила за рябчиками, тетеревами и глухарями, которых в этих диких местах было много, и меня этот процесс зацепил. Настолько сильно, что по приезде домой я тут же начала активно наводить справки, как самой обзавестись оружием и вообще. Правда, сначала я связалась с клубом «Сайга», поэтому первым моим ружьём стал одноимённый калашмат, причём в 16-м калибре (!). Но буквально за пару месяцев я разобралась, что тактические игры и стрельбы – не моё, и тут на моём жизненном пути возник huntclub.ru.

Этот ресурс, который в начале двухтысячных дал путёвку в жизнь многим новичкам, сейчас, к сожалению, не существует, но компании «хантклабовцев» живы и сегодня. В общем, на «Хантклабе» я познакомилась с одной такой компанией, и благодаря Алексею Бровину, Жене Асташкину и другим сделала свои первые самостоятельные шаги в охоту. Было это в 2004 году, и первой охотой, на которой я была со своим ружьём, стала тяга вальдшнепа. Да, к тому времени я уже продала «Сайгу», там же на «Хантклабе», и купила полуавтомат «Беретта EC 100». С ним в свой первый охотничий сезон я «закрыла» все виды весенней птичьей охоты, включая глухаря на току и селезня с подсадной. Спасибо «Хантклабу»!

«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

Стоит, наверное, сказать, что к тому моменту я была уже вполне самостоятельной девушкой: после техникума я сразу начала работать бухгалтером, параллельно пошла учиться в академию предпринимательства по профессии экономист. С 22 лет работала уже главным бухгалтером… Так что дальше я начала пробовать всё подряд – любые охоты, на которые удавалось попасть. Довольно быстро поняла, что зверовая охота меня привлекает больше.

Были совершенно сумасшедшие проекты: медведь в Кузбассе, изюбрь в Саянах, незабываемая охота в Тофаларии на оленя и козерога (ни того, ни другого мне тогда добыть не удалось), но в основном это были, конечно, поездки компанией на загонные охоты. Как относились мужчины? По-разному. Для многих моё присутствие было совершеннейшей ломкой стереотипов: большинство всё-таки привыкло, что женщины на охоте случаются для других целей. Особенно молодые, красивые и самостоятельные. Мне всё это в какой-то момент надоело настолько, что я взяла – и бросила эти охоты! Вот как отрезало.

Это был период, когда я увлеклась мотоакробатикой, осваивала каякинг, было, в общем, чем заняться. Но всё-таки чего-то не хватало, и я всё больше понимала, что охоту вся эта активность на свежем воздухе заменить не сможет. Спустя какое-то время возникли неожиданно и объективные обстоятельства: выяснилось, что у моей маленькой дочки Яны аллергия на магазинное мясо и мясные продукты. Это стало прекрасным поводом вернуться к любимому занятию.

«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

Я начала ездить на «мясные» охоты: в Белоруссию много, но не только – везде, где возникали какие-нибудь интересные варианты. Главное, чтобы мясо дичи в холодильнике не переводилось. Одновременно с удовольствием осваивала охотничью кухню и кулинарию. В общем, Яна у меня не только росла на «диком» мясе, но и лет с пяти-шести уже начала меня сопровождать. А до этого – няня, подруги помогали, время от времени бабушки тоже… Но охоту Яна в полном смысле знает на вкус с самого детства; интересно, как в дальнейшем это скажется на её интересах и увлечениях.

Что касается меня, то с 2015 года я побывала в Польше (на загонных и на индивидуальных охотах на косулю), ездила в Испанию («барбари-шип»), очень интересная была поездка в Казахстан в 2016 году. Там, на севере Казахстана, уникальные условия и природа, я была там, можно сказать, «по обмену» и добыла уникальный трофей марала – очень старого самца с ассиметричными рогами. Горные охоты для меня вообще были самыми интересными – это практически сразу, с Тофаларии-2006. Почему? Из всех зверовых охот они самые активные и самые трудные, самые… самостоятельные, что ли. От тебя тут больше, чем на других охотах, зависит: всё своими ногами, глазами и потом. Ну и я же наследственный турист: «кто тяжело работает, тот тяжело отдыхает». Это про меня.

«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

Сейчас я свои охоты могу разделить на три вида. «Мясные» – это обязательно. Дальше горные – это для души! И ещё охоты с целью интересного общения – это вообще любые могут быть. Например, в сентябре 2018-го я охотилась в Крыму с Алексеем Кожевниковым (гуру-легашатником) на перепела. Тоже в горах – в горном Крыму, на Ай-Петри. Незабываемая охота. Также с удовольствием всегда езжу на загонки с «Копытной командой» – замечательные ребята и друзья. Спасибо им огромное!

Что касается «маскулинности» охоты, ну, как и раньше, вокруг меня практически одни мужчины. Но если тогда, когда я только начинала охотиться, это нередко создавало проблемы, то с годами они естественным образом сгладились, в общем, никакого дискомфорта я не ощущаю. Тем более в плане быта я спокойно живу в любом месте – в палатке, в кошаре. Если сухо и тепло спать – жизнь удалась, ну, чтобы ещё умыться было чем хоть как-то. Правда, главное, чтобы весь этот походный быт не затягивался дольше 5–7 дней. Туризмом я сыта по горло.

Горные охоты далеко не всегда удаётся успешно уложить в такой промежуток времени, я знаю, есть трофеи – очень серьёзные трофеи, – на которые и двух недель бывает мало. Даже у лучших аутфитеров иногда очень важные, знаковые, можно сказать, клиенты (такие как ведущие трофейные охотники международного клуба «Сафари» или «Овис») продляют охоты и добывают трофей в последний день. Но мне пока, особенно в прошедшем сезоне, на моих горных охотах везло несказанно.

«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

Вообще, среди тех, кто предлагает охоты на баранов, туров и козерогов, особенно недорогие охоты, много как и просто любителей, практически случайных людей, так и откровенных прохиндеев. Но мне очень повезло с компанией High Hunt Pro: с ними я в прошедшем сезоне 2019/2020 со всеми его ковидами и карантинами смогла «закрыть» горную пятёрку с практически минимальными временными затратами. Горная пятёрка – это приз, учреждённый Росохотрыболовсоюзом, но неофициально он уважаем и в среде настоящих горных охотников, в КГО, например. В октябре 2019-го я добыла дагестанского тура (первый день охоты). Это был очень важный для меня трофей: во-первых, он прервал череду неудачных поездок, а во-вторых, я на эту охоту ездила в статусе кормящей матери. Моему сыну Мише шёл всего 4-й месяц, так что мне тогда, уж извините за подробности, пришлось активно пользоваться молокоотсосом прямо в горах.

Вторым трофеем стал якутский снежный баран – август 2020-го, добыт в первый день с 200 метров. Первый подход был на 560, но стрелять я не рискнула, тем более что именно на горной охоте подобраться к зверю близко намного труднее, чем сделать дальний выстрел… Октябрь 2020-го, Карачаево-Черкессия, кубанский тур. Добыт снова в первый день охоты, 185 метров, возраст трофея – 16 лет. Обе эти охоты были с проживанием в палаточном лагере, во втором случае – на высоте 2200 метров. Начало ноября 2020-го – Алтай, сибирский козерог. Второй день охоты.

«Это я – Женщина!» Маруся Андреева об охоте

И конец ноября – один из самых непростых и запомнившихся трофеев, кавказская серна в Осетии. Серна обитает ниже других представителей семейства Capra, но в этом и сложность охоты. Кормится она на границе горных лесов, на Северном Кавказе это примерно 2000–2300 м. Отдыхает чаще всего на границе леса или в самом лесу, поэтому обнаружить её на отдыхе удаётся гораздо реже, чем туров или баранов. Сама охота строится по-другому: если другие горные трофеи почти всегда высматриваются сверху, то тут мы объезжали ущелья на уазике и снизу биноклевали кормящихся коз. Найти пару серн удалось на второй день, но сначала животные быстро скрылись, и хотя до них был почти километр, проводники даже решили, что они были насторожены нашим присутствием. Мы поехали искать дальше, ничего не нашли, вернулись туда, где видели этих серн с утра, и о чудо: они паслись практически там же. Видимо, просто так их путь пролегал, что они зашли в складки местности.

Животные были выше нас почти на 700 метров. Подход снизу, по заросшему склону, был изматывающим, а стрелять в результате пришлось под углом чуть не 30 градусов вверх на 500+ метров. Пока это самый дальний мой результативный выстрел, я стреляла два раза – второй, чтобы серна свалилась вниз, а не легла на уступе. Иначе мы бы её в этот день не достали, там только по верёвке к ней можно было спуститься. Чем ещё примечательна эта охота? Со следующего года серну закрывают на несколько лет, охоты (легальной) на неё производиться не будет, так что моя серна – одна из последних, добытых перед запретом. Ну а я, конечно, не собираюсь останавливаться на достигнутом и буду прикладывать все усилия к тому, чтобы пополнить свой личный список горных трофеев уже в этом, 2021 году.

Русский охотничий журнал, март 2021

597