Первый американский охотовед

Тени прошлого
Первый американский охотовед

134 года назад в небольшом городке Берлингтон, штат Айова, появился на свет Альдо Леопольд – человек, во многом заложивший основы современного подхода к управлению популяциями диких животных.

Родился А. Леопольд 11 января 1887 года в семье потомков немецких иммигрантов, и даже первым языком, на котором ребёнок научился разговаривать, был немецкий. С детства он часто бывал на природе, в том числе ходя на охоту с отцом. И с детства же проявил склонность к научным занятиям, ведя учёт птиц, обитающих в окрестностях дома семьи Леопольдов.

С направлением образования Альдо определился довольно рано, ещё в подростковом возрасте. После предшествующей профильной подготовки он поступил в Йельский университет по направлению лесного хозяйства. После окончания университета работал в лесной службе, начал заниматься научной и преподавательской деятельностью, принимал участие в деятельности различных природоохранных организаций. Был избран «профессиональным (в те времена – ассоциированным) членом» Boone and Crockett Club – одной из самых известных и авторитетных охотничье-природоохранных организаций в мире, основанной ещё Теодором Рузвельтом. В конечном итоге к 1933 году А. Леопольд стал первым в стране профессором «управления охотой» на сельскохозяйственно-экономическом факультете Висконсинского университета.

Первый американский охотовед

В предисловии к русскоязычному изданию «Календаря песчаного графства» – самой известной книги Леопольда, подробнее о которой чуть ниже, – один из самых известных ученных-природоохранников советской науки, доктор биологических наук А.Г. Банников писал: «В 1929 году О. Леопольд впервые в истории науки начал читать в Висконсинском университете специальный курс лекций по охране дичи, а в 1933 году создал кафедру охотоведения, став, таким образом, основоположником охотоведения как науки».

Стоит отметить, что это утверждение как минимум небесспорно, учитывая, что специальные курсы по охотоведению читались А.А. Силантьевым в Санкт-Петербургском лесном институте ещё до Первой мировой войны, а к упомянутому 1933 году в Советской России имелся опыт создания отделений охотоведения в нескольких институтах и даже целого профильного института в Иркутске (1930). Справедливости ради надо сказать, что все эти структуры просуществовали в первоначальном виде совсем недолго. Тем не менее с учётом вышесказанного сама фраза об охотоведческом основоположничестве американского исследователя в советском издании показывает очень высокую оценку специалистами заслуг А. Леопольда перед отраслью.

Первый американский охотоведНадо сказать, что главная «охотоведческая» работа А. Леопольда «Управление дичью», изданная в 1933 году, на русский язык полностью так и не была переведена (отдельные фрагменты переводились и печатались лет 10 назад в журнале «Охота – национальный охотничий журнал»). Что же в ней позволило называть Леопольда отцом «современных методов охотоведения»?

Самое главное – Леопольд показал, что научно обоснованное управление дичью – это не что иное, как прикладная экология со всем комплексом вытекающих из этого последствий. Науку управления дикой природой он определил как «искусство заставить землю производить устойчивые ежегодные урожаи дикой дичи для рекреационного использования». «Для успешного сохранения промысловой дичи ей нужно обеспечить возможность активного размножения, а не пассивную охрану… дичь – это своего рода урожай, который Природа взрастит, и взрастит обильно при условии, что мы обеспечим семена и подходящую среду», – писал Альдо.

В те времена даже большинству специалистов было непонятно, что только лишь охрана от браконьерства и хищников не может обеспечить устойчивое существование популяций диких животных (к большому сожалению, многим у нас непонятно это до сих пор, но не будем отвлекаться от темы), а основой всего является соответствующая среда, и её сохранение имеет куда большее значение, чем интенсивное увеличение численности некоторых видов животных. Пренебрежение этим правилом ведёт к избыточному росту популяции, что всегда имеет негативные последствия.

Исходя из этого Леопольд прорабатывал понятия, без которых современная наука об управлении дикими животными немыслима, такие как, например, «ёмкость угодий» (при всей разнице в подходах к пониманию этого термина). К основным охотоведческим заслугам Леопольда также относится разработка темы «опушечного эффекта» (или «закона интерсперсии» – повышения плотности населения некоторых видов животных в местах, где разные типы охотничьих угодий проникают друг в друга). Вместе с тем, Леопольд предостерегал от излишнего увлечения дичеразведением, утверждая, что «рекреационная ценность дичи обратно пропорциональна искусственности её происхождения, или, в широком смысле, степени регулирования параметров окружающей среды при воспроизводстве дичи...».

Кстати говоря, в зрелом возрасте Леопольд побывал на родине своих предков – в Германии, изучая организацию местного лесного хозяйства. И остался от него не в восторге, ужасаясь искусственности этих «кастрированных» экосистем, перенаселённых копытной дичью, но лишённых крупных хищников.

Тем не менее в современном мире не вовлечённым в охотничью отрасль людям (а таких, разумеется, большинство) Леопольд-экофилософ известен гораздо больше, чем Леопольд-охотовед. Спустя много десятилетий после издания «Управления дичью» видный американский учёный – специалист по управлению дикими животными Дейл МакКулаф – констатировал: «Несмотря на то что наука Леопольда несколько устарела, его философия обещает быть бессмертной».

Первый американский охотоведСамой известной книгой, magnum opus Леопольда, стал неоднократно изданный в разных странах «Календарь песчаного графства». «Календарь…» можно назвать этаким сборником эколого-философских эссе с автобиографическими вставками и элементами естественной истории. Содержание большей части этой книги непосредственно связано с фермой А. Леопольда – участком песчаной земли в штате Висконсин. Сразу после публикации книга не получила особой известности, но во время экологического бума 1970-х годов стала настоящим бестселлером и как минимум в США считается вообще одной из самых важных книг об экологии, написанных в XX веке.

Предложенная Леопольдом «этика земли», сформулированная в «Календаре…», сейчас повсеместно рассматривается как важная веха в развитии экологического мировоззрения. Для своего времени этические идеи, сформулированные в книге, были весьма смелыми. Хотя сегодня в «зелёной» среде они считаются недостаточно радикальными, за что Леопольд критикуется многими современными экоактивистами и в особенности «защитниками прав животных», которые не могут простить ему «охотничий бэкграунд» и «чрезмерную», по их мнению, концентрацию на человеке как измерителе характеристик природы.

Ключевой ценностью у Леопольда-философа обычно выступает именно дикая природа, максимально не тронутая человеком. Ценность этой дикой природы, конечно, нельзя измерить в «единицах продукции охотничьего хозяйства на единицу площади угодий». Местами это утверждение приобретает практически «антихозяйственную» коннотацию, что, конечно, было чуждым для большинства отечественных охотоведов, профессионально воспитанных на совсем других ценностях.

Некоторые размышления Леопольда звучат весьма радикально даже сейчас. В качестве иллюстрации можно привести следующие строки: «…Развитие каждого индивида повторяет эволюционную историю всего рода человеческого. Это верно в отношении не только физического, но и духовного развития. Охотник за трофеями – это возродившийся пещерный человек. Охота за трофеями – это прерогатива юности, как родовой, так и личной, и не требует оправданий. Тревогу внушает тот современный охотник за трофеями, который так и не взрослеет, у которого потребность в уединённости, восприятии или деятельном соприкосновении с природой так и не развилась, а может быть, утратилась... Вместе с себе подобными он кишит на континентах, не научившись видеть собственный задний двор, и потребляет дары природы, ничего не создавая взамен. Это ради него организаторы активного отдыха обесценивают глушь и готовят искусственные трофеи в глубоком заблуждении, будто этим они оказывают услугу обществу».

Первый американский охотовед

Огромное влияние наследство А. Леопольда (причём как научное, так и философское) оказало и на то, что сегодня называется «североамериканской моделью охраны дикой природы». Умер он в возрасте 61 года от сердечного приступа во время тушения ландшафтного пожара на соседском участке.

Именем Альдо Леопольда были названы не только исследовательский институт дикой природы в Университете штата Монтана и центр по устойчивому сельскому хозяйству в Университете штата Айова, но также и участок Национального леса (вид особо охраняемой природной территории) Гила в штате Нью-Мексико и «логистическая» сеть из 42 троп (в основном – «экологических») в штате Висконсин.

Помимо научного и философского наследства А. Леопольд оставил и внушительное человеческое – 5 детей, все из которых в том или ином виде связали свою жизнь с научной и преподавательской деятельностью в сфере естественных наук.

Русский охотничий журнал, январь 2021

508