Весна на Сахалине

С полем!
Весна на Сахалине

Охотой на медведя я занимаюсь довольно давно, в основном практикую охоту с подхода на ягодниках и беломошниках на севере России (Архангельская область и Коми). Несколько раз добывал медведя на Дальнем Востоке и хочу рассказать об одной такой охоте на острове Сахалин.

Я отрицательно отношусь к охоте с лабаза, считая её нечестной по отношению к зверю. Но охоту на приваде, когда охотник находится на земле и фактически не знает, откуда выйдет зверь (а выйти он может даже за спиной), считаю опасной и достойной. Этот медведь был добыт на приваде. Охота получилась очень интересная, эмоциональная, трудная и опасная. Но обо всём по порядку.

Дорога, как всегда, утомительная, с длительным перелётом и смещением на 8 часов вперёд временного графика. Выехал в 04:00 из Новороссийска в Краснодар, оставил машину на маленькой стоянке в Краснодаре и в 01:20 по московскому времени (09:20 по сахалинскому) вышел из самолёта в аэропорту Южно-Сахалинска. Конечно, мозг испытывает когнитивный диссонанс: на улице утро, поют птицы, светит солнце, но по моему времени час ночи и практически сутки на ногах.

Весна на Сахалине

Меня встречает старый друг, который и подготавливал эту охоту. Мы сразу приступаем к организации заброски в тайгу: грузим в машину снегоход, закупаем продукты и вперёд. Наш путь лежит на юго-восточное побережье Охотского моря, в Корсаковский район. Изначально ранняя весна была испорчена двумя подряд прошедшими циклонами с большим количеством снега, что, в общем, сильно затруднило охоту и чуть не лишило меня трофея. Из-за глубокого снега возникает проблема заброски: на квадроцикле не проедем, а для снегохода снег есть не везде. Но нам не привыкать к трудностям. Заброска трудная: снегоход хоть и мощный, но загрузка…

Нас двое плюс санки с хабаром и жратвой. Периодически мне приходится идти пешком – там, где Серёга на снегоходе едет по песку или снежным заносам. В общей сложности из 30 километров пути пешком по урезу моря и снежным заносам пришлось пройти километров 7–8. До самого зимовья не добраться: в тайге рыхлый и глубокий снег. Вязнет снегоход. Надо всю поклажу затащить в зимовье, а это 500 метров по рыхлым лесным сугробам. Широкие охотничьи лыжи, подбитые шкурой нерпы, проваливаются, раз пять упал с полным рюкзаком лицом в снег. А идти пришлось два раза (за один раз всё не унесли). В общем, пока забросились, я вымотался так, что практически не мог двигаться.

Весна на Сахалине

Маленькое зимовье расположено в распадке около горной речки с кристальной водой. В зимовье есть всё для комфортной жизни: печка, дрова, стол, 2 кровати, даже коврик лежит на полу и 2 маленьких ящика на стенах – в общем, жизнь удалась. Топим печь, перекусываем колбасой и сыром и СПА-А-А-А-АТЬ. Кстати, скажу: за всю охоту не выпили ни капли спиртного, даже пива. Началось сокодвижение в берёзах, и, поставив 2 баночки, мы все дни пили чистый берёзовый сок и чай из горной реки. На следующий день начинаем охоту.

«Отдых» ещё тот. У нас заложены три привады. Привады закладывал друг ещё зимой на снегоходе. Бочки, набитые тухлой рыбой и привязанные цепями к деревьям, расположены в глубине тайги в разных распадках, метрах в 600–700 от взморья. Каждый день обходим все распадки с привадами. А из распадка в распадок напрямую не пройдёшь, необходимо возвращаться по распадку к взморью и идти вдоль кромки моря (местами – рыхлый песок, местами – рыхлый снег, местами – каменные осыпи) до места, где надо сворачивать в следующий распадок к приваде (от распадка до распадка в среднем 2,5–3 км).

Соблюдая максимальную осторожность, подходим к приваде на расстояние 150–200 м и в бинокль смотрим, был медведь или нет (мишка, когда приходит, начинает бочку катать и, естественно, её роняет, это и служит сигналом, что надо садиться и ждать выхода). Получается круг километров в 12 по взморью и километра 4 по тайге. Ходить приходится гружёным как ишак. В рюкзаках стульчики, жратва, сменная одежда, вода, фонарик и прочая мелочь, вроде немного, но килограммов 10 получается – тяжко, блин. Кроме того, приходится таскать в руках карабин и лыжи: по взморью на лыжах не пройти, а по лесу без лыж не пройти.

Весна на Сахалине

Прошедшие циклоны и похолодание испортили охоту: в лесу много снега, и медведи практически не перемещаются. Первые 7 дней – ни одного выхода к приваде. Настроение падает: неужели облом? Серёга со мной первые 2 дня: потом ему надо домой по делам, и я остаюсь один, Серёга приедет позже. 3 дня хожу от привады к приваде, но тишина. Одному в тайге, конечно, скучно. Особенно по вечерам, в тёмном зимовье, без электричества (только свечка). Делать нечего, ложусь с темнотой, но уснуть сразу не могу: ночью слышатся всякие звуки. Но, в общем, я привычный. Наконец, приезжает друг. Приехал он уже на квадрике: снег вытаял по урезу моря, и по берегу есть полоса чистого песка, по которому квадрик проходит.

Маленькое отступление: медведи Архангельской области и Коми, обитающие в северной тайге, по весне не привязаны к каким-то конкретным местам, встретить их можно где угодно, но в основном на прогретых местах, где мало снега и есть проталины с травой. Однако спрогнозировать их нахождение практически невозможно. Медведи Сахалина тяготеют к урезу моря и южным склонам сопок. На морской берег штормами выкидывается ламинария (морская капуста), всевозможные морские моллюски, трупы нерп, иногда даже китов. А южные склоны сопок начинают зеленеть, когда везде ещё лежит снег. Пытаемся использовать эти поведенческие особенности местного зверя.

Весна на Сахалине

Под вечер, после проверки привад, на квадроцикле патрулируем взморье: медведи часто спускаются на берег в поисках пищи, В один из вечеров в бинокль замечаем движущееся пятно – медведь на прибрежном плато, километрах в трёх от нас. Бросаем квадрик и начинаем подход. Первые 2 километра практически пробежали. Медведя не видно: он на плато выше нас метров на 20, – но он должен быть там. Чтобы не подшуметь зверя, друг остаётся внизу.

А я  осторожно вылезаю на плато, и… медведица с двумя медвежатами. Мамка с детёнышами – это свято. Они спокойно пасутся на проталинах и меня не чувствуют. До медведей метров 300. Если бы это был самец, то вероятность добыть его была бы очень высока: несильный ветерок тянет от медведей и изрезанный рельеф позволяет подойти на уверенный выстрел. Но не судьба. Решаем поискать медведей по сопкам на вытаявших южных склонах. В результате пролазили по сопкам километров 15 с набором высоты до 400 м. Естественно, измучились до не могу, но медведя не нашли. Зато полюбовались красотами Сахалина.

И вот остаётся два дня. Настроение падает: неужели всё-таки облом? Но судьба любит тех, кто не сдаётся, и даёт нам шанс. В предпоследний день «сработали» сразу две привады (упавшие бочки), и мы решаем разделиться, чтобы увеличить шансы на добычу. Я сижу под елью на приваде, сзади меня сразу тайга. Сижу один на краю невысокой русловой террасы, от меня до бочек метров 70, и мне немного не по себе: сзади и с боков растут деревья и обзора нет вообще, а медведь может выйти откуда угодно, и сзади тоже.

Весна на Сахалине

Но он вышел вдоль ручья, откуда и был приходящий и уходящий след. Всегда поражает способность этого зверя ходить практически бесшумно. Вот только осматривал этот сектор подхода, отвёл глаза в сторону, вернулся взглядом, а там ОН – ХОЗЯИН. Какое-то мистическое чувство, заставляющее бежать мурашки по спине и колотиться сердце. Медленно, практически не дыша, поднимаю карабин. Расстояние позволяет, и я делаю выстрел в основание шеи. Отчётливый шлепок пули, и зверь уходит в Мир вечной охоты быстро и без мучений. Калибр 9,3×62 не оставил медведю шансов. Подхожу, глажу морду, прошу прощения. Как всегда, накатывает какая-то грусть.

Я получил что хотел: медведь крупный, по длине от носа до хвоста около 2,2 м. Сфотографироваться вместе с медведем не получилось: не сумел нормально поставить фотоаппарат на снегу, а Серёга пришёл со своей привады только в темноте, сразу стали обдирать и забыли сделать фото со вспышкой. Ну а потом грязные и задубевшие руки в крови и жиру (даже отмыть их было проблемой). Отдельная песня – вынос шкуры из лесу: тяжёлая, еле уместилась в рюкзак. Пока вытаскивали по ночному лесу с фонариками, я думал, сдохну.

Но самое главное – спасибо вам, Серёга и прекрасный остров Сахалин, за незабываемое время, проведённое на охоте, за то счастье, которое вы подарили мне в этот раз.

Русский охотничий журнал, май 2020

66