Журналы за 2019

Все журналы «Русского охотничьего» за 2019 год.

Темы номеров:

  1. Праздник своими руками
  2. Белая тропа
  3. Равенство на охоте
  4. Тока и перелёт
  5. Лимиты и нормы
  6. Охота с луком
  7. Новые правила
  8. Приключения иностранцев в России
  9. Урал
  10. Выбор оружия
  11. Подготовка к сезону
  12. Охотники за сохранение дикой природы

Содержание

Ну что, братья-охотники? Если верить телевидению и интернету, в прошлом году наше руководство усиленно занималось проблемами отрасли. Их обсуждали на думских комитетах, они были предметом массовых обращений «зелёных», они стали объектом скандалов и расследований. Даже реформа департамента охоты (как мы помним, он превратился в одно из подразделений департамента регулирования лесных ресурсов) вызвала активную волну обсуждений, не прекращающуюся до сих пор.

В одной из северных российских губерний у меня есть друзья. Я с огромным удовольствием приезжаю к ним на охоту – да и просто так. Игорь Кукушкин, Олег Брусницын, Борис Яковлевич Зеленер – я мог бы здесь перечислить ещё полтора десятка человек, я вас всех люблю, и нас связывает то, что связывает мужчин, пожалуй, сильнее всего на свете, – чувство общей страсти.

Это – Охота.

И что, мужики, от того, что я перечислил вам в первом абзаце настоящего письма, мы стали охотиться меньше? Это – всего лишь рябь на поверхности…

Дорогие охотники! Россия, как мы знаем, – страна снега. Надо сказать, что именно в этом и заключается её охотничья идентичность и охотничья уникальность.

В мире вообще не так много стран с устойчивым снежным покровом: три страны в Скандинавии, Канада и часть США, именуемая Аляской. Есть снег в Монголии, Казахстане и Китае, но его там или мало, или лежит недолго. А стран, где снег лежит вот так – от четырёх до девяти месяцев в году, на всей площади, да и устойчиво лежит, – всего одна. Наша.

И вот этот снежный покров сказывается на всех аспектах нашей жизни в целом и на охоте в частности. Снег даёт возможность проведения многих видов охот, которые без снега были бы практически невозможны, прежде всего, охоты троплением. Снег рассказывает нам о повадках животных, облегчает их поиск, даёт возможность их сосчитать. Снег позволяет проникать в самые удалённые и глухие уголки угодий, невзирая на бездорожье. Снег затрудняет передвижение зверей, способствует их концентрации в определённых…

Дорогие охотники! Вэтом журнале мы решили обсудить замечательную поговорку: «Все равны только на охоте и в бане». И, как с большинством поговорок, обнаружили, что она призвана не отражать, а скорее скрывать истинное положение вещей. Очень интересно, что единственные, кто в своих материалах сделал упор на декларацию равенства, – женщины. А именно – леди Кэти Перси и Катарина Штерн. Ну и ситуация с женщинами-охотницами в США, разобранная Максом Фризом, тоже достаточно интересна именно в этом плане. Мужчины же охотники между собой в России никакого равенства не наблюдают. Всё сильнее происходит расслоение на охотников-спортсменов и тех, кто этих охотников обслуживает. Ну а равенства между клиентом и персоналом по определению не может быть. Пора честно посмотреть в глаза реальности, а не баюкать себя расплывчатыми максимами.

В общем, как в популярной народной песне – «Лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным». Чего я и желаю всем, без исключения, читателям нашего журнала.

Братья охотники! Когда вы прочитаете эти строки, весна полностью вступит в свои права – в тот день, когда журнал уходит в печать, будет день весеннего равноденствия и наступит лучшая и самая светлая пора года.

Должен сказать, что выезд на практически любую охоту у меня сейчас обставляется довольно механистически. Нет уже того первозданного сакрального трепета, который охватывал меня в юношеские годы, когда отец в соседней комнате только мельком заговаривал про то, что «надо бы и Мишку на охоту взять». И нет того будоражащего азартного нетерпения, с которым собирался на охоту позднее, в возрасте двадцати – тридцати лет: что-то не забыть, это взять, это докупить, уложить в правильном порядке, выложить, снова уложить…

Но вот выезд на охоту весной – это всегда священнодействие. И в шестнадцать, и в тридцать, и в пятьдесят лет. И в семьдесят пять, надеюсь. Весна – встреча с молодостью мира. И возвращение к собственной. С весной вас, охотники! С молодостью!

Дорогие охотники! Несколько лет назад один из лидеров нашего охотоведения заявил, что идеал охоты для российского охотника – это круглогодичная охота без каких бы то ни было лимитов. Я не буду с этим спорить и даже расширю: это идеал, наверное, любого охотника в мире. Но в каком мире?

В мире с неограниченными ресурсами дичи, в мире с предельно низкой плотностью невозобновляющегося (важно) населения и в мире с очень высоким видовым разнообразием. У нас, кстати, был такой мир – где-то пятнадцать тысяч лет назад. В конце последнего ледникового периода. Можно посмотреть в окно и увидеть, что с ним стало.

Поэтому вопрос о лимитах и их распределении – важнейший в современной охоте. О том и номер.

Дорогие охотники! Пару дней назад я слушал в записи на YouTube выступление одного специально обученного профессионала в области охоты. Профессионал два с лишним часа говорил с шутками и прибаутками, байками и анекдотами, как в области охоты и охотничьего хозяйства всё плохо, всё страшно плохо, всё ужасно плохо, как станет ещё хуже и мы все, в конце концов, умрём. Если, конечно, правительство не поставит этого профессионала охотой руководить и не восстановит «Главохоту».

Про «Главохоту» я сейчас даже не буду, это у специально обученных профессионалов всё равно что в церкви «аминь» произнести или в пагоде «ом». Я о профессионалах. И обо всяких кружках профессионалов, которые сосредоточенно говорят одно и то же – от Кирова до Благовещенска: «Пустите нас к власти, и мы всё сделаем как надо».

Полноте. Все эти профессионалы (за малозначащим исключением) получали образование в прошлом веке и при совершенно другой социально-экономической формации. И обучали их люди той социально-экономической…

Дорогие охотники! То и дело мне приходится общаться с региональными функционерами в области охотничьего хозяйства, и постоянно мне не даёт покоя одна мысль: а зачем этим функционерам мы, охотники? Функционеры пишут отчёты, заполняют таблицы, рисуют графики, получают и распределяют субвенции. Выслушивают пожелания на совещаниях, выступают на конференциях, формируют рекомендации по оптимизации, выписывают предписания и накладывают взыскания. На кого? Видят ли они в глаза тех людей, коими, по идее,
должен управлять поднятый ими бумажный водоворот?

– А почему вы закрыли сезон охоты на дальневосточного кроншнепа?
– Да нахрен нам в поле эти люди с ружьями лишние десять дней…
– А что вы лицензии на оленей решили не выдавать на оленеводческие районы?
– Да ну их нахрен, ещё убьют кого-нибудь не того…

Складывается ощущение, что в современном исполнении охотничье хозяйство теряет самую главную свою составную часть – охотника. Доглядающий, он же охотинспектор…

Дорогие охотники! Тема нынешнего номера – очень близкая мне тема. Ибо сопровождением экспедиций иностранцев (охотничьих, а также кино-, фото- и научных) я занимался с 1989 года – фактически с самого начала этого вида бизнеса. Я помню золотой бум девяностых годов. Я помню спад нулевых. И я уже отсюда, из Москвы, наблюдал те процессы, которые привели это направление к состоянию, которое я называю клинической смертью.

Когда-то я начал писать «Большую охоту» с твёрдым намерением описать в этой книге всю правду об известных мне аспектах иностранной охоты в России. Когда написал страниц тридцать, я понял, что этой правды я не напишу никогда. Смешно для посторонних выглядят наши посиделки с друзьями из тех времён и занимавшихся тем же бизнесом. Мы разговариваем о вещах, которых никто не понимает, на языке, которого не понимает тоже никто. Зато мы знаем, почему случилось с этой отраслью то, что произошло сегодня. На подкорке понимаем, так сказать.

Это была попытка создания гибридной…

Дорогие охотники! Мало что ломает стереотипы больше, чем близкое знакомство с Уралом. С тридцатых годов XX века Урал ассоциируется со стремительно развивающейся промышленностью. Магнитка, Уралмаш, ЧТЗ, Нижний Тагил, завод «Маяк»…

При этом, когда приезжаешь на сам Урал, ощущаешь, как стереотипы трещат по швам. Башкирия оказывается не плоской, как стол, степью с унылыми юртами кочевников, а горной страной, покрытой красивейшими лесами, с городом-миллионником в центре. Север Свердловской области – первобытная тайга; а на севере Пермского края в глухих посёлках ещё в начале XXI века самостоятельно мололи чёрный порох и пользовались шомпольными пистонными ружьями. Территория суровых мужиков с ЧТЗ включает в себя такие природные жемчужины, как Таганай и Зюраткуль, а Полярный Урал – один из наиболее привлекательных регионов для путешественни ков со всей России.

Охоту на Урале тоже можно найти на любой вкус – от первобытного хождения по темнохвойной тайге Перми и Югры, как во…

Дорогие охотники! В ситуации, когда человек выбирает оружие, главное не слово «оружие», а слово «человек». Поэтому, когда кто-то просит меня
помочь в выборе, я, прежде всего, задумываюсь о том, кто меня об этом попросил и правильно ли он оценивает свои потребности в огнестрельном оружии.

Исходя из текущих наблюдений за современным оружейным сообществом России я бы выделил следующие причины, которые сподвигают людей приобретать оружие:

  • чтобы наслаждаться видом потенциально опасного предмета и звуками выстрела (иногда);
  • для личной самообороны;
  • чтобы иметь навыки для участия в вооружённом конфликте;
  • для занятий спортом;
  • чтобы отличаться от всех.

Ну и я не отрицаю других имеющих отношение к выбору, но совершенно субъективных при этом факторов. В частности, любви. Так вот, в этом номере речь пойдёт о выборе оружия для охоты; и только для неё.

Дорогие охотники! У них зимы нет. У них – очень-очень долгая осень, в феврале переходящая в весну. Голые мокрые дубравы, открытые сжатые
поля, сомкнутые вечнозелёные ельники и унылые рощи платанов над Адриатическим или Эгейским морем, Бискайским заливом или Английским каналом, который в наше англоязычное время просто неприлично называть Ла-Манш. Или туманные возделанные рав нины вдоль берегов Балтики и Северного моря, на которые тоже редко- редко ложится снег.

«У них» – это в Западной Европе, граница которой на карте чётко проходит по нулевой изотерме января. То есть у производителей значительной массы охотничьего снаряжения, которое продаётся в России. Да, европейское охотничье снаряжение продумано, функционально и красиво. Оно добротно изготовлено и готово служить вам годами. Вот только… Только надо помнить, что оно изготовлено людьми, в странах которых зимы нет.

А у нас начинается зимний охотничий сезон. С сопутствующими ему снегом, грязью, холодом, разницами…

Дорогие охотники! Тема номера сегодня вроде бы не обсуждается. За мы сохранение дикой природы или против? Однозначно за, иначе где ж мы охотиться-то будем?

А зверей-птиц убиваем? Ну да, иначе какие же мы охотники? Такая вот дихотомия получается.

А честят-гневят нас на каждом углу – это потому что мы убиваем (пуристы сразу же поправят «добываем», но так на практике говорят только пуристы) или почему-то ещё? Чаще всего – всё-таки почему-то ещё.

Возможен ли диалог между охотниками и экологами? Будущее покажет. И зависеть это будет не только от экологов, но и от охотников.