300 лет барону Мюнхгаузену

Охотники, создавшие мир

Сегодня исполняется 300 лет барону Мюнхгаузену! Ротмистру русской службы, храброму солдату, жизнелюбу и страстному охотнику!

300 лет барону МюнхгаузенуКарл Фридрих Иероним барон фон Мюнхгаузен (нем. Karl Friedrich Hieronymus Freiherr von Münchhausen, немецкое произношение: 11 мая 1720, Боденвердер – 22 февраля 1797, там же) – немецкий барон, ротмистр русской службы и рассказчик, ставший литературным персонажем, страстный охотник.

Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен принадлежал к древнему нижнесаксонскому роду Мюнхгаузенов. Был пятым из восьми детей в семье полковника Отто фон Мюнхгаузена. Отец умер, когда мальчику было 4 года, и воспитывала его мать. В 1735 году (по другим данным – в 1733 году) 15-летний Мюнхгаузен поступил пажом на службу к герцогу Брауншвейг-Вольфенбюттельскому Фердинанду Альбрехту II.

Служба в России

В 1737 году уехал в Россию в качестве пажа к молодому герцогу Антону Ульриху, жениху, а затем мужу принцессы Анны Леопольдовны. В 1738 году участвовал с герцогом в турецкой кампании. В 1739 году (по другим данным – в 1737 году) поступил в чине корнета в Брауншвейгский кирасирский полк, шефом которого был герцог. В начале 1741 года, сразу после свержения Бирона и назначения Анны Леопольдовны правительницей, а герцога Антона Ульриха - генералиссимусом, получил чин поручика и командование лейб-компанией (первой, элитной ротой полка).

Произошедший в том же году елизаветинский переворот, свергнувший брауншвейгскую фамилию, прервал обещавшую быть блестящей карьеру барона: несмотря на репутацию образцового офицера, Мюнхгаузен получил очередной чин (ротмистра) только в 1750 году, после многочисленных прошений. В 1744 году он командовал почётным караулом, встречавшим в Риге невесту цесаревича – принцессу Софию-Фредерику Ангальт-Цербстскую (будущую императрицу Екатерину II). В том же году женился на рижской дворянке Якобине фон Дунтен.

Интересно, что вместе с Якобиной барону достались и какие-то прибалтийские земли – по крайней мере, охотники Латвии и Литвы уверенно считают барона за «своего». А знаменитый охотник Латвии Андрейс Вайводс утверждал, что его хутор в Латгалии находится на бывших землях Мюнхгаузена; а в доме лесничего Мюнхгаузена располагалась в советское время начальная школа.

Думаю я, что, в какой-то степени, на барона перенесли многие симпатичные черты европейского охотника. Так что каждый охотник сегодня – немного Мюнхгаузен.

А сам барон был, совершенно очевидно, охотник до мозга костей.

Возвращение в Германию

Получив чин ротмистра, Мюнхгаузен взял годовой отпуск «для исправления крайних и необходимых нужд» (конкретно — для раздела с братьями семейных владений) и уехал в Боденвердер, который достался ему при разделе (1752). Он дважды продлевал отпуск и, наконец, подал в Военную Коллегию прошение об отставке с присвоением за беспорочную службу чина подполковника. Получив ответ, что прошение следует подать на месте, в Россию так и не поехал, в результате чего в 1754 году был отчислен как самовольно оставивший службу.

Мюнхгаузен некоторое время не оставлял надежды добиться выгодной отставки (дававшей, кроме престижного чина, право на пенсию), чему свидетельством ходатайство в Военную Коллегию его двоюродного брата – канцлера Ганноверского княжества барона Герлаха Адольфа Мюнхгаузена. Однако и это прошение результатов не имело, и до конца жизни Мюнхгаузен подписывался как ротмистр русской службы. Это звание оказалось ему весьма полезным во время Семилетней войны, когда Боденвердер был занят французами: положение офицера союзной Франции армии избавило Мюнхгаузена от постоя и прочих тягот, сопряжённых с оккупацией.

Жизнь в Боденвердере

300 лет барону МюнхгаузенуС 1752 года и до самой смерти Мюнхгаузен жил в Боденвердере, общаясь в основном с соседями, которым рассказывал поразительные истории о своих охотничьих похождениях и приключениях в России. Такие рассказы обычно проходили в охотничьем павильоне, построенном Мюнхгаузеном и увешанном головами диких зверей и известном как «павильон лжи».

Другим излюбленным местом для рассказов Мюнхгаузена был трактир гостиницы «Король Пруссии» в соседнем Гёттингене. Один из слушателей Мюнхгаузена так описывал его рассказы:

«Обычно он начинал рассказывать после ужина, закурив свою огромную пенковую трубку с коротким мундштуком и поставив перед собой дымящийся стакан пунша… Он жестикулировал всё выразительнее, крутил на голове свой маленький щегольской паричок, лицо его всё более оживлялось и краснело, и он, обычно очень правдивый человек, в эти минуты замечательно разыгрывал свои фантазии».

Впервые три сюжета Мюнхгаузена фигурируют в книге «Der Sonderling» графа Рокса Фридриха Линара (1761). В 1781 году собрание забавных историй (16 сюжетов, включая сюжеты из Линара, а также некоторые «бродячие» сюжеты) было опубликовано в берлинском альманахе «Путеводитель для весёлых людей» с указанием, что они принадлежат известному своим остроумием г-ну М-г-з-ну (Мюнхгаузену), живущему в Г-ре (Ганновере). В 1783 году в том же альманахе вышли ещё две истории. В 1785 году была опубликована книга Распе. В 1786 году Бюргер переводит её на немецкий язык. Бытует утверждение, что книга привела барона в ярость – он счёл своё имя обесчещенным и собирался подать на Бюргера в суд. Утверждение весьма спорное, хотя бы потому, что авторы книг на протяжении многих лет были неизвестны: ни Распе, ни Бюргер не подписали свои книги. Книга быстро стала популярной в Европе. В Боденвердер стали стекаться зеваки, чтобы поглядеть на «барона-лжеца». Иногда Мюнхгаузену приходилось ставить вокруг дома слуг, чтобы отгонять любопытных.

Последние годы

Последние годы Мюнхгаузена были омрачены семейными неурядицами. В 1790 году умерла его жена Якобина. Спустя четыре года Мюнхгаузен женился на 17-летней Бернардине фон Брун, которая вела крайне расточительный и легкомысленный образ жизни и вскоре родила дочь, которую 75-летний Мюнхгаузен не признал, считая её отцом писаря Хюдена. Мюнхгаузен затеял скандальный и дорогостоящий бракоразводный процесс, в результате которого он разорился, а его жена сбежала за границу. Это подорвало силы Мюнхгаузена, и вскоре после этого он умер в бедности от апоплексического удара. Перед смертью он отпустил последнюю в своей жизни характерную шутку: на вопрос ухаживавшей за ним единственной служанки, как он лишился двух пальцев на ноге (отмороженных в России), Мюнхгаузен ответил: «Их откусил на охоте белый медведь».

В 1781 году на страницах журнала «Путеводитель для весёлых людей», издаваемого в Берлине, впервые было напечатано 16 коротких рассказов. Фамилия рассказчика была скрыта аббревиатурой «М-Х-Г-Н». Так было положено начало формированию художественного образа легендарного барона Мюнхгаузена. В 1785 году Распе анонимно издал в Лондоне на английском языке «Рассказы барона Мюнхгаузена о его изумительных путешествиях и кампаниях в России», составленные на основе историй «Путеводителя», с добавлением множества других. В 1786 году появился немецкий перевод книги Э. Распе с дополнениями Готфрида Августа Бюргера – «Удивительные путешествия на суше и на море, военные походы и весёлые приключения барона Мюнхгаузена, о которых он обычно рассказывает за бутылкой в кругу своих друзей». Бюргер разделил книгу на две части – «Приключения Мюнхгаузена в России» и «Морские приключения Мюнхгаузена». Этот вариант книги Распе принято считать хрестоматийным. Книга имела громадный успех в Европе; именно она завершила оформление образа Мюнхгаузена как литературного персонажа.

В книге не было ни одного приключения барона, связанного с Германией, и вскоре появляются дополнения: книга «Дополнение к приключениям Мюнхгаузена» Генриха Шнорра (1794–1800), в которой многие приключения барона происходят уже в Германии, и сочинение Карла Лебрехта Иммермана «Мюнхгаузен. История в арабесках» (1839), где в качестве рассказчика выступает внук (потомок) барона.

Первый перевод (точнее, вольный пересказ) книги о Мюнхгаузене на русский язык принадлежит перу Н. П. Осипова. Он был издан в 1791 году под заглавием «Не любо – не слушай, а лгать не мешай».

Большую известность в России литературный персонаж барон Мюнхгаузен получил благодаря К. И. Чуковскому, который адаптировал книгу Распе для детей. В сочинении Чуковского фамилия барона упрощена до «Мюнхаузен», поскольку Чуковский выбрал не транслитерацию, а фонетическую транскрипцию фамилии главного героя.

К интерпретации образа барона Мюнхгаузена обращалось множество зарубежных и российских авторов, как в прошлом, так и настоящем, дополняя сформировавшийся образ новыми чертами и приключениями. Например, в повести Сигизмунда Кржижановского «Возвращение Мюнхгаузена» (1927–1928) обыгрывается путешествие барона в Советский Союз 1920-х годов как «философа-фантаста и мечтателя, фехтовавшего против истины».

Значительное развитие образ барона Мюнхгаузена получил в советском кинематографе. В фильме «Тот самый Мюнхгаузен» автор сценария Григорий Горин придал барону яркие романтические черты характера, исказив при этом некоторые факты личной жизни Карла Фридриха Иеронима фон Мюнхгаузена. В мультфильме «Приключения Мюнхаузена» барон наделён классическими чертами, ярок и великолепен.

В 2005 году в России опубликована книга Владимира Нагово-Мюнхгаузена «Приключения детства и юности барона Мюнхгаузена» («Munchhausens Jugend- und Kindheitsabenteuer»), которая стала первой книгой о детских и юношеских приключениях барона Мюнхгаузена, от рождения барона до его отъезда в Россию. Благодаря этой книге в литературе появился новый образ и персонаж – «юный барон Мюнхгаузен»; фактически была написана «недостающая» первая часть произведения Распе.

Единственный портрет Мюнхгаузена работы Г. Брукнера (1752), изображающий его в форме кирасира, был уничтожен во время Второй мировой войны. Фотографии этого портрета и его описания дают представление о Мюнхгаузене как о человеке сильного и пропорционального телосложения, что всегда было необходимым требованием для службы в кирасирах — самом требовательном к физическим кондициям человека роде тяжёлой кавалерии, с гладко выбритым — по моде того времени — круглым правильным лицом. Физическая сила являлась наследственным качеством в роду. Племянник Мюнхгаузена, Филипп, мог засунуть три пальца в дула трёх ружей и поднять их[11]). Мать Екатерины II особо отмечает в своём дневнике «красоту» командира почётного караула.

Визуальный образ Мюнхгаузена как литературного героя представляет собой сухонького старичка или человека худощавого, довольно обычного телосложения, с лихо закрученными усами и эспаньолкой. Этот образ прочно укрепился, благодаря хрестоматийным иллюстрациям Гюстава Доре (1862). Усатым барона-кавалериста изображали и ранее, в том числе, на иллюстрациях Джорджа Крукшенка, опиравшегося, очевидно, на моду носить усы среди немецких кавалеристов в годы Революционных и Наполеоновских войн.

В подобной манере, с аккуратными усиками, барон изображен на иллюстрациях немецкого художника Теодора Хоземанна к немецкому изданию 1840 года. Любопытно, что награждая своего героя бородкой, Доре (вообще очень точный в исторических деталях, даже в серии подчеркнуто гротескных юмористических иллюстраций к роману Бюргера) допустил очевидный анахронизм, так как в XVIII веке бородок не носили. Однако именно во времена Доре бородки были вновь введены в моду Наполеоном III. Это даёт повод предположить, что знаменитый «бюст» Мюнхгаузена, с девизом «Mendace veritas» (лат. «Истина во лжи») и изображением на «гербе» трёх уток (ср. три пчелы на гербе Бонапартов), имел понятный современникам политический подтекст карикатуры на императора.

410