Промежуточный патрон – фальстарт начала века

Боец-охотник
Дата публикации:
просмотров: 395
Комментарии: 0
Промежуточный патрон – фальстарт начала века

Историю появления «промежуточного» патрона не знает разве что самый ленивый и нелюбопытный любитель оружия. Немецкий «курцпатрон» для «штурмгевера», спешно созданный в ответ на него советский 7,62×39 мм, карабин Симонова, автомат Калашникова и «далее везде».

Между тем, окажись военные ряда стран, – в том числе и СССР – чуть менее консервативными, триумфальное шествие автоматического оружия под аналогичный во многом патрон могло бы начаться гораздо раньше.

А началось всё давным-давно – в самом начале прошлого века, в США. В то время идея самозарядной или даже сразу автоматической винтовки уже, как принято говорить, «витала в воздухе». Но если армейские чины упорно мечтали об оружии под уже существующие винтовочные патроны, то гражданский рынок в этом отношении был куда менее привередлив. Чем и воспользовалась фирма Winchester, выпустив самозарядную винтовку «Модель 1903».

К новой винтовке прилагался новый же оригинальный патрон .22 Win. Auto, созданный на основе уже тогда известного и популярного .22 Long Rifle. Причина создания патрона на бездымном порохе, полное название которого звучало как 22 Winchester Automatic Smokeless Cartridge, была крайне проста: в тот момент ещё имелось большое количество .22 LR, снаряжённых дымным порохом. Эти «грязные» патроны гарантированно выводили из строя любую автоматику за считанные выстрелы. Надо сказать, менеджеры фирмы Winchester проявили заметно больше понимания психологии рядовых пользователей оружия, чем руководство российского МВД, попытавшееся поставить на вооружение усиленный патрон 9×18 мм и пистолет ПММ под него. Практика показала: несмотря на все запреты, инструкции и разъяснения, сотрудники, пихающие усиленный патрон в старый «Макаров», не переводились. На «Winchester же дождались, пока «дымный» .22 LR вымрет естественным путём и в 1933-м провели, как принято сейчас говорить, ребрендинг, выпустив «Модель 63» – по сути, ту же М1903, но уже под обычный .22 LR.

Но вернёмся в начало прошлого века. Модель 1903 года, разработанная Томасом Джонсоном, по конструкции сочетала причудливое с устаревшим. Магазин располагался в прикладе (привет винтовке Спенсера времён «ихней» Гражданской войны), автоматика работала на использовании энергии свободного затвора. Для первого выстрела требовался предварительный взвод, производимый при помощи специального штока под стволом. В любом случае это была первая самозарядная винтовка под мелкашечный патрон, выпускаемая серийно для гражданского рынка, что позволило фирме Winchester снять с этого самого рынка изрядную долю сливок.

Удачный старт дал возможность Джонсону развивать идею дальше. В первую очередь это касалось патрона: «штанишки» .22 Long Rifle для серьёзного оружия были коротковаты. Для следующей модели, 1905 года, были разработаны сразу два новых патрона: .32 SL и .35 SL. Буквы являлись сокращением от Self-loading – самозарядный. Это были уже почти «взрослые» патроны с центральным воспламенением, хотя их энергетика по-прежнему оставляла желать лучшего. При массе пули в 11 или 13 граммов и скорости порядка 420 м/с выходить с «Моделью 1905» стоило лишь на не очень крупную дичь: лисиц, койотов и так далее. Что касается самой конструкции винтовки, то здесь главным новшеством стало применение отъёмного коробчатого магазина на 5 и 10 патронов.

Сравнительно быстрое – спустя всего два года после выхода на рынок М1903 – появление новой самозарядки позволило Winchester удержать лидерство и вновь собрать свою долю за новинку. Но всё же .32 SL оказался «промежуточным» лишь в том смысле, что послужил ступенькой к более удачным патронам. Одним из них стал .30 Carbine – по сути, тот же .32 SL, но с более лёгкой пулей и новым порохом, разработанный для проекта «лёгкой винтовки» – M1 Carbine. Удачный карабин очень быстро перерос отведённую ему при рождении нишу «оружия для тыловиков» и вместе с М1 Garand стал одной из основных компонент пехотного вооружения армии США во Второй мировой войне. А также весьма популярной моделью военного и гражданского оружия после неё. Но это было уже в 40-х и позже. А в начале XX века, после очередной двухлетней паузы, Winchester начала выпуск самозарядной винтовки «Модель 1907» и нового патрона .351 WSL (Winchester Self-loading).

По замыслу конструкторов, это давало возможность поднять класс добываемой дичи до волков и оленей. На деле же счастливые покупатели очень быстро выяснили, что новый патрон хорош ещё и по двуногим. Правда, баллистика нового патрона не способствовала удачной пальбе на дистанции больше пары сотен метров, но возможность быстро выпускать один десяток патронов за другим этот недостаток более чем искупала. «Модель 1907» начали приобретать такие специфические «охотники», как, например, техасские рейнджеры. Идя навстречу покупателям, Winchester выпустила специальный вариант Police с креплением для штыка. Впрочем, в «ревущие 20-е», времена сухого закона и вызванного им разгула преступности, в США самозарядки Winchester наравне с «томми-ганами» активно использовались как представителями закона, так и их оппонентами с большой дороги. М1907 в «доработанном» варианте использовала банда Джона Диллинджера, из него стрелял по агентам ФБР в «битве при Баррингтоне» следующий после ДД «враг общества № 1» Лестер Гиллис. А едва ли не наиболее преданными поклонниками «Модели 1907» стали американские охранники тюрем: они расстались с ней только в 70-х.

Военные же соизволили обратить внимание на «Модель 1907» лишь после начала Первой мировой войны. Самыми активными заказчиками стали французы: начав с заказа 300 винтовок в 1915 году, галлы «распробовали и вошли во вкус». Следующий заказ был уже на 2500 винтовок. Ближе к концу войны французская армия уже получала «Модель 1907» со штыком, магазином на 15 или 20 патронов и возможностью ведения автоматического огня. По сути, чтобы эта конструкция с темпом стрельбы 600–700 выстрелов в минуту стала штурмовой винтовкой / автоматом, нужно было просто, чтобы её кто-то так назвал.

Ещё одним покупателем винчестеровских самозарядок стала Британия. Поскольку скорости первых аэропланов были относительно небольшими, а из оружия поначалу на борту имелись разве что личные револьверы пилотов, «1907»-ми начали вооружать наблюдателей на двухместных самолётах. Не бог весть, но до появления в небесах ручных, не говоря уж о специальных авиационных, пулемётов даже «винчестер» мог на что-то да сгодиться.

И, наконец, ещё одной державой Антанты, не прошедшей мимо «Модели 1907», стала Россия. Вскоре после начала Первой мировой русская армия начала испытывать острейшую нехватку даже не автоматического оружия, как более промышленно развитые страны, а «обычных» трёхлинеек. В поисках оружия русские военные закупщики добрались и до США. Первоначально планировалось договориться о производстве на заводах в США винтовок системы Мосина образца 1891 года. Однако наиболее простым и быстрым вариантом (а винтовки, как обычно в таких случаях, были нужны армии «уже вчера») оказалось доработать уже производимую американцами винтовку Winchester «Модель 1895» под русский патрон и заряжание стандартными обоймами от винтовки Мосина.

Помимо «винчестеров» с рычагом Генри, внимание русских офицеров привлекла и самозарядка с её необычным патроном. Контракт на поставку 500 автоматических винтовок Winchester «Модель 1907» был подписан 15 июля 1916 года. Общая стоимость контракта составила 44 250 долл. (500 автоматических винтовок по 21 долл. каждая и 1 500 000 патронов по цене 22,5 долл. за 1000 шт.) Заказ был выполнен и отправлен в Россию 29 января 1917 года. Судя по наличию в санкт-петербургском Военно-историческом музее артиллерии одного экземпляра «Модели 1907» с клеймом русской военной приёмки (ХиЗ, личное клеймо старших военных приёмщиков С.П. Хатунцева и А.Я. Задде), как минимум часть винтовок успела попасть в Россию. Правда, после случившегося в феврале 1917 года свержения царя на территории бывшей империи воцарился бардак, в котором бесследно пропадали вещи куда позначимей, чем какие-то пять сотен винтарей.

Но это был ещё не финал русской, а точнее, русско-советской части истории патрона .351 WSL. В начале 20-х, когда уже другие военспецы занялись вопросами вооружения Красной Армии, среди возможных кандидатов на роль патрона для автоматического оружия красноармейцев оказался и .351 WSL. Заказ на пистолет-пулемёт под этот патрон Артиллерийское управление выдало конструктору Пржебельскому на Тульском оружейном заводе. Однако ещё до окончательной готовности образца то же АУ приняло решение, что за образец для советского пистолетного патрона будет взят немецкий «маузеровский» 7,63×25 мм. Заказ Пржебельскому был отменён.

Ещё одним очень вероятным образцом советского оружия под этот патрон может оказаться «автомат системы Коровина обр. 1933 года», в настоящий момент хранящийся в запасниках одного из тульских конструкторских бюро. На музейной бирке указан калибр 8,9 мм, что совершенно нехарактерно для советских патронов, но точно соответствует диаметру пули патрона .351 WSL. Но и этот пистолет-пулемёт тоже не вышел из категории опытных.

Можно позволить себе пофантазировать: если б хотя бы к одному из двух упомянутых конструкторов судьба оказалась чуть благосклонней, то СССР ещё в 30-е годы прошлого века мог бы стать «родиной автомата» – пусть поначалу и не столь удачного, как знаменитый АК. Ну а дальнейшее совершенствование патрона и оружия под него тоже могло бы дать очень интересные результаты значительно раньше, чем это случилось в реальности.

Но, как принято говорить, история не знает сослагательного наклонения. Советские военные (как, впрочем, и их коллеги из других стран) «не разглядели» потенциал промежуточного патрона и оружия под него. Причина была вполне тривиальна: в тот момент ещё имелись вполне обоснованные надежды, что «вот-вот» удастся создать не только самозарядную, но и полноценную автоматическую винтовку под мощный и дальнобойный патрон 7,62×54R. Только с получением опыта, «сына ошибок трудных», стало понятно, что для индивидуального автоматического оружия нужно что-то другое.

А .351 WSL так и остался в истории относительно популярным, но просто охотничьим/гражданским патроном.

Русский охотничий журнал, Ноябрь 2017 г.

395