Впервые с легавой (рассказ убежденного «самотопщика»)

Легавые
Дата публикации:
просмотров: 1003
Комментарии: 0

Попробуйте поверить легавой собаке, если с самого детства вы убежденный «самотопщик» и никогда не охотились не то что с пойнтером, но даже толком не видели, как работает спаниель.

Умом понимаешь, что собака лучше и вернее по запаху отыщет дичь, а вот на деле, когда уверен, что птица должна сидеть «вот под тем кустом», а собака пробегает мимо, все равно упрямство и желание самому проверить направляют ноги «к тому кусту». И идешь и проверяешь и разочаровано убеждаешься, что сегодня там пусто, и ревниво посматриваешь на собаку, чтобы не спорола, не разогнала птиц, пока ты проходишь еще одно старое верное место чуть в стороне. И только раз за разом убеждаясь в правоте чутьистого легаша, начинаешь понимать всю прелесть охоты с подружейной собакой. Понимаешь, что именно работа собаки заслуживает любования и смакования. Стройный челнок, уверенный галоп поиска, методичная проверка местности, заходы на ветер, причуивание, развороты и четкая скульптурная стойка. Вот тогда «самотопщик» замрет и поймет, что все его пройденные пешком тысячи километров и поднятая «из-под лаптя» дичь не сравнится с красотой стойки!

И пусть не сразу разберется с деталями, пусть не до конца осознает, что четвероногий охотник «видит» чутьем в несколько раз больше того, что видит человек, но ниточку запаха, которая тянется от затаившейся в траве птицы до носа вытянутой в струну собаки, можно представить. Ниточка дрожит, вибрирует и входит в резонанс с нервом стрелка. Бросок собаки после посыла, подъем птицы, выстрел – вот апофеоз! И переломив стволы, и продув дымок пытаешься дрожащей рукой всунуть стреляную гильзу в карман, пребывая в прострации от пережитого, пока собака подает. И принимая в руки дичь, смотришь в глаза собаке, в глаза, полные страсти и тех же, что у тебя, эмоций. Вот он, твой немой друг и брат, который глазами говорит: «Вот птица! Я нашел, ты выстрелил, я принес!» А когда птица уже висит на тороках: «Давай еще!» Да, давай пес, давай! Я готов это повторять снова и снова! И все, не стало «самотопщика», не приносят радости тишина и созерцание, самостоятельный поиск дичи. Нет энергии, мотора охоты, не хватает скорости, действия. И задумывается «самотоп» о выборе породы легаша.

Одной из первых моих полноценных охот с легавой стала охота на вальдшнепа. Курцхаар Гай методично проверял осинники вдоль берега реки. В этих местах я часто поднимал вальдшнепа, случалось, что и стрелял, а иногда и добывал лесных куликов без собаки. Но в этот день мы только изредка слышали, как в кустах гремят рябчики, не подпуская собаку. Работа по вальдшнепу была один раз, ближе к вечеру, но в таком густом ельнике, что стрелять в нем не было никакой возможности. За чаепитием на высоком берегу Алексей, хозяин Гая, описал места, где могут быть высыпки пролетной птицы, а в том, что пролет уже идет, мы были почему-то уверены.

Следующим днем мы приехали именно в такое место. Это был небольшой квартал смешанного леса, окруженный со всех сторон полями. На лесовозных усах разросся малинник, в выделах старого ольшаника была густая тень подроста калины. Вокруг луж на дороге встречались дырочки от клювов, а в одном месте я нашел вальдшнепиное перышко. Это уже был знак. Не прошло и нескольких минут, как Гай нашел первую птицу. Вальдшнеп пытался сбежать (из-под первой пустой стойки это ему, похоже, удалось), но когда мы зашли вперед – тут же взлетел. Первые позорные промахи только обазартили легаша, и спустя несколько минут мы уже стреляли по перемещенному вальдшнепу. После подъема птица сделала большой полукруг и налетела прямо на выстрел. После этой не классической, но очень эффектной добычи и пошла настоящая высыпка. Работы следовали одна за другой. Горячились охотники, горячилась собака. Каждая стойка, каждая работа были разными. Птица и западала, и давала подойти, и сбегала, и вылетала такими финтами, что захватывало дух, и стрелять не было никакой возможности. Время охоты пролетело стрелой, но, кажется, отпечаталось в памяти каждым мгновением!

Конечно, следующее приглашение поохотиться на фазана в компании Алексея и Гая я принял с большой радостью. Фазан с детства был желанной добычей. С дедом, с отцом, с дядей, я охотился на фазана в тугайных лесах Сырдарьи. Без собаки ходовая охота была непростой. Несколько охотников идут по тугаям, стараясь поднять фазана. Фазан, конечно, бежит. Когда охотники поджимают его или когда впереди начинается открытое место, где негде спрятаться, он поднимается свечкой над кустами и стремительно летит. Охота азартная, но не очень добычливая. Что же такое охота на дикого фазана с легавой собакой, мне предстояло узнать.

Первый день был полон старых открытий. В Прикаспийских степях, как и в Казахстане, вдоль оросительных каналов и в увлажненных местах растет лох узколистный. Заросли лоха и высокого камыша – основная стация обитания фазана. Плоды лоха, которые в детстве мы называли «джида», – его основная пища. В зарослях хорошо видны тропки, натоптанные фазаном и другими обитателями степи: лисами, котами, волками и шакалами. На открытых местах есть порхалища, в высокой траве – сидки с пометом и старые гнезда, которые фазан устраивает на земле, в небольшой ямке, выложенной травой и камышом.

Сильный ветер и снег в первый день не помешали охоте. Для начала мы зашли по степи к подветренному концу длинного канала, заросшего лохом и джингилем. Алексей пустил собаку в поиск. Судя по поведению Гая, птица была. Сразу воткнувшись в наброды и в сильнейший фон, собака была немного дезориентирована, но уловив запах птицы, потянула верхом, покрутилась по зарослям и стала в заломах камыша. Передвигаться в плотном тростнике тихо не получается, поэтому мы ломимся на звук бипера, и фазан поднимается за камышом на пределе ружейного выстрела. Первая работа – нужно обязательно стрелять! Дальний выстрел Алексея, и фазан падает комком. Спустя минуту собака подает его хозяину. Рассматриваем, передаем из рук в руки. Основное отличие от среднеазиатского подвида в том, что у этого нет белого кольца вокруг шеи.

Охота вдвоем с одной собакой требует, с одной стороны, такта, с другой стороны – соблюдения безопасности и с третьей стороны – хорошего напора. Собака перемещается быстро, о чем мы порой узнаем только по звуку бипера, птица же не всегда ждет под стойкой, может и бежать, поэтому охота сразу приобретает настоящий спортивный характер. Колючки цепляются за одежду, на оцарапанные руки не обращаешь внимания, стараешься только беречь глаза. Постепенно я начинаю понимать, куда нужно подходить, на что ориентироваться, но все равно мы частенько не удерживаемся и в азарте охоты стреляем одновременно. У меня сказывается мандраж и недостаточный опыт, я то обзаживаю, то стреляю перед летящей дичью. А стрелять нужно с поводкой, целясь по голове. У фазана силуэт очень вытянут, большую часть составляет хвост, и если целиться в центр силуэта, то большая вероятность сделать подранка, который может утянуть достаточно далеко, или просто отстрелить хвост. Взлетает фазан стремительно. Делает свечку и, выравниваясь горизонтально, тут же набирает скорость, планирует по ветру. Стреляем дробью №6. Как показала практика, вполне хватает дальности при достаточно плотной осыпи.

В очередной раз, подходя к стойке, я оказался перед небольшим заломом камыша, из которого торчали сухие коряги. С другой стороны залома, в пяти шагах вижу направленный в мою сторону собачий нос. Пес не шевелясь, глазами указывает мне: «Вот он, сидит!» Я останавливаюсь и пытаюсь рассмотреть птицу в зарослях. Вот такие вот паузы и остановки ни перепел, ни куропатка, ни фазан не любят – тут же взлетают. И этот фазан, пока я топтался возле залома, сидел, забившись в куртинку, а как только остановился – тут же дал свечку в двух метрах от меня. Тут-то я ужо не оплошал – сбил петуха и, получая от Алексея поздравления «с полем!», смотрел, как подает птицу Гай. Конечно, не мне, а своему хозяину, как и положено настоящему легашу.

Много было в те дни красивых, азартных моментов. Были и не подпускавшие даже собаку фазаны и вальдшнепы, которые как бабочки порхали в зарослях, облетая малейшие прогалы. Причем каждый раз встреча с вальдшнепом была неожиданной. Только в последний день мы напали на высыпку, которая очень порадовала и красивой работой Гая, и чрезвычайно сложной, но успешной стрельбой Алексея.

Кульминацией охоты, после которой мы несколько минут молча пили чай и без лишних слов переживали эйфорию, была работа собаки в густых, непроходимых зарослях на бровке канала. Услышав бипер, мы рысью по степи побежали к кустам. Судя по местности, Гай «запер» птицу в кустах и стал на откосе. Между ним и открытой степью была полоска чащи, в которой, мы были уверены, сидит фазан. После команды «вперед» слышно было, как собака броском подняла дичь. Если взлет вальдшнепа можно иногда и не услышать, то взлет фазана пропустить невозможно: тух-тух-тух-ка!-ка!-ка! Из кустов нам навстречу вырываются два петуха, один дает свечку влево, второй вправо. Бах! Тах! Бабах! Алексей стреляет один раз, а мне пришлось отдуплетить по своей птице. Из-за кустов выскакивает Гай, а обе птицы лежат на высохшей травке осенней степи, и ветер треплет длинные хвосты, шевелит бронзовые фазаньи перышки.

Но не всегда получалось так удачно. Были моменты, когда я и вовсе не успевал выстрелить. Иногда заросли лоховника становились настолько плотными, что перемещаться по ним могла только собака. Мы слышали редкие сигналы бипера и ориентировались по ним, обходя кусты с разных сторон. С детства помню, что фазан любит выходить кормиться в степь и отходить от кустов может достаточно далеко. При подходе может затаиться и в траве не выше колена, и в маленькой куртинке камыша, и в кустике саксаула. Собака где-то в кустах, ноги у меня тренированные «самотопом», поэтому я как опытный загонщик обхожу все мало-мальски пригодные для укрытия места. И несколько раз я был вознагражден за это. Конечно, не всегда фазан взлетает там, где предполагаешь, но все же почти всегда рядом. Вот и в тот раз петух поднялся из куста джингиля. После выстрела он грохнулся на землю, но когда Митя, наш товарищ, подошел к этому месту с Ганзой, своей курцхаарихой, то увидел лишь горстку перьев – петух сбежал. «А где? А как?» – отчетливо читалось на морде собаки. По следу она быстро нашла птицу. Началась погоня. Ганза кругами гоняла петуха, Митя, бросив ружье, уже несколько раз прыгал на него, но каждый раз петух выскакивал, в какой-то момент охотник и собака зажали фазана в тиски и схватили его почти одновременно. Сначала Ганза прижала к земле, а уже сверху навалился Митя. Забыв обо всем на свете, я смотрел на эту схватку и даже был немного расстроен, что все так быстро закончилось. Если Ганза до этого не проявляла к охоте должного интереса, то после горячей погони собаку будто подменили. Она тщательно обыскивала тугаи, тыкалась в наброды и, несомненно, показала бы хорошую работу, но, к сожалению, это был последний день охоты.

Гусиные табуны над степью, впервые увиденный мною краснокнижный стрепет, стайки куропаток, зайцы, перепела, высыпки вальдшнепов и, конечно, красавец фазан – рай для охотника легашатника. Жаль покидать прикаспийские просторы. Я обязательно сюда еще приеду охотиться, пить джомбу, кушать ароматные борцаги. И, надеюсь, уже со своей легавой собакой!

Русский охотничий журнал, февраль 2015 г.

1003

Похожие статьи