Эти непостижимые запахи

Легавые
Эти непостижимые запахи

Правильнее назвать этот материал «Наземные птицы – непостижимые источники запахов», но так было бы слишком громоздко.

Хотя речь далее пойдёт именно о птицах – объектах охоты, которые в процессе эволюции приспособились жить, а главное ВЫЖИВАТЬ, проводя на земле большую часть времени или вообще всю жизнь. Выживать, между прочим, среди наземных хищников, обладающих, как доказано наукой, в первую очередь очень хорошим и тонким чутьём, каковое и является главным инструментом поиска добычи, а следовательно – и выживания хищников как вида...

Все, кто достаточно времени охотится с ретриверами, легавыми или спаниелями, начинают рано или поздно подмечать единичные редкие странности в работе собак до выстрела. Неуверенную и нечёткую, какую-то «щенячью» отработку прекрасно знакомой птицы или «необъяснимые» пропуски в идеальных, казалось, условиях. Всё это у опытных, проверенных и очень сильных – «чутьистых» собак. Бывает и наоборот: собаки «вдруг» проявляют просто нереальное, неправдоподобное чутьё почти в полное безветрие и вообще в условиях, исключающих, казалось, любую возможность сколько-нибудь дальнего причуивания. Вот примеры.

Весенняя натаска в степных районах Крыма, профессиональный натасчик и заводчик вывозит очень хороших, стильных, страстных и титулованных собак на утреннюю прогулку. В степи ровный устойчивый ветер, как обычно, роса, влажный воздух, температура около 12 градусов, но солнце прогревает. Условия – идеальные. Собаки – их штук 5 или 6 – резвятся, носятся, оправляются, жадно принюхиваются. К работе они в любой момент готовы, да не раз и без команды вот так на прогулках отрабатывали оказавшихся поблизости куропаток. Мы на краю посадки, у жидких кустиков с парой комков перекати-поля и клочками сухой травы. И вот минут через пять, когда пойнтеры всё вокруг уже вроде бы избегали, заводчик идёт в эти кустики и спугивает из них… пару куропаток! В буквальном смысле из-под ноги, на шаге…

Эти непостижимые запахи

Ещё случай из моей практики. Тоже степь, но на этот раз охота идёт на фазана. В степи сухая балка с жидким камышом, одинокими деревцами и кустарником-джузгуном. На подходе к ней мы издалека замечаем петуха-фазана, сидящего на дереве. Он нас тоже видит, несколько раз кокает, потом слетает и – мы с приятелем это очень хорошо с разных точек видим – садится в большой куст джузгуна, до которого метров 600–700. Естественно, мы со своими собаками сходимся к этому кусту. Примечательно, что собаки – лабрадор, 7 лет, по фазану профессор, и сука дратхаара, 4 года, небыстрая, но очень дотошная собака, из-под которой фазанов добыто уже к тому моменту полсотни или больше. Как обычно в степи – ровный устойчивый ветер, конец ноября, не сухо и не жарко. Шли мы до куста минут 5, может, 7. Куст очень густой, большой и внутрь не проглядывается, но собаки к нему в принципе не проявляют никакого интереса. Т. е. вообще никакого – куст пустой и типа никогда в нём никого не было.

Что ж, птица могла убежать. Правда, собаки и тут ничего не показывают: нет свежих набродов вокруг, вот вообще никаких нет. На всякий случай обходим в радиусе метров 50 все кусты. Пусто. Ну не мог же петух испариться? И перелететь ещё раз не мог: мы бы заметили. Даже если бы перелетел, собаки всё равно показали бы поведением наличие свежей сидки. А тут просто ничего – ноль запаха, который хоть как-то намекал бы на недавнее присутствие фазана. Мы искали вокруг минут 10, и напоследок напарник – он тогда был молодой и не научился ещё «полностью доверять собаке» – для очистки, как он сказал, совести решил залезть сам в куст, куда, как мы видели, сел петух. И какова же была наша оторопь, когда из куста, в полуметре от ноги человека, взорвался красавец осенний фазан. Старый, кстати, петух – 3 или больше лет.

В этом году подобный же случай, уже с вальдшнепом. Так получилось, что у того куста, прямо у тропинки на опушке леса, мы с другим уже напарником прошли 2 раза – туда и обратно. Легавая – курцхаар – прошла со всех сторон этого жидкого кустика (так, четыре палки) раза 3 точно и ушла вперёд, не проявив никакого интереса. А мне захотелось сделать фотографию на фоне красивой опушки, и я попросил напарника отойти назад, как раз к кусту. Там он остановился, я сфотографировал, он пошёл ко мне, и в это время из-под куста, в полутора метрах от места, где стоял человек, слетел и ушёл в лес вальдшнеп. Мы позвали собаку, потыкали в куст, но даже после взлёта птицы хорошая рабочая вальдшнепятница ничего (!) там не причуяла...

Эти непостижимые запахи

Ну а бывает наоборот. У меня есть одно дупелиное место, заветные карты недалеко от областного центра. Я на них охочусь лет 7 и изучил их до бугорка, до кочки. Карты идут вдоль речушки в несколько ярусов, и в том месте, о котором я расскажу, два ближних к речке яруса всегда пусты. Не знаю почему, но дупеля и бекасы эти несколько карт игнорируют независимо от влажности. Собаки мои тоже эти места изучили, и на эти карты мы по взаимному согласию обычно даже не заглядываем, проходим верхней, где в удачный год всегда бывает 3–4 работы.

И вот не так давно, в сухой и не очень богатый на болотно-луговую год, мы, как обычно, обходим верхнюю карту. И тут легавая ведёт себя странно: с галопа переходит на какую-то полурысь-полупотяжку и очень неуверенно – весь вид собаки показывает, что она сама себе не верит – идёт через канаву на следующую к реке карту. Которая обычно пустая. Проходит метров 40 – всё так же неуверенно, но с поднятой высоко головой. При взгляде на собаку – одна мысль: там птица или зверь точно, но собака встретила его в первый раз и не понимает, охотничий это объект или нет! Дальше стойка, я подошёл, вперёд – взлетает обычный дупель. В меру жирный, с хорошим состоянием пера и вообще по виду ничем не отличается от других. После выстрела и команды на подачу собака словно «узнала» птицу: неуверенность как рукой сняло, и дальше обычная рутинная работа – найти и принести. Да, это был вечер, градуса 22, сухо и слабый неустойчивый ветер. Все остальные вечерние работы были с причуиванием не дальше 10–15 метров. Или ближе. А тут с учётом потяжки почти 50 метров.

Конечно, остаётся возможность, что птица просто всё время бежала перед собакой, но… надо видеть там характер местности: собака тянула через сухой бугорок местами с земляникой, подорожником и пр., а дупель взлетел из низинки с «дупелиной» травкой. Если бы была обильная роса, а земля мокрая от дождя, он мог бы кормиться и среди земляники с подорожником, но когда земля совсем сухая, дупелю там просто нечего делать. И в сухое время на таких бугорках на кошеных лугах я дупелей никогда не встречал.

Эти непостижимые запахи

Ещё один наводящий на размышления случай, когда перемещения птицы были исключены. Тоже охота на вальдшнепа, окраина заболоченного высокоствольного леса, мы нашли, похоже, запоздалый выводок, 4 работы рядом, и вся птица бежит страшно и взлетает далеко. Я только по последнему смог выстрелить, вроде зацепил, но птица низом ушла вдоль опушки. Дальше начинается пойма с крапивой и бурьяном, наш маршрут от леса отходит. Всё это в овраге, где движения воздуха просто нет. Идём низом склона, собираемся уже наверх, и тут легавая не особо заинтересованно – «типа что-то показалось» – уходит через крапиву обратно к лесу. Это метров 40. И там я вижу, как всё так же, без особого интереса – как могла бы по жилой норе барсука проверить – легавая суёт морду в какую-то кочку и оттуда перепархивает вальдшнеп! И садится в 10 метрах. Собака замирает, я подхожу, очень неуклюжий взлёт над самой землёй. Я стреляю, едва цепляю, и собака птицу в итоге ловит на планировании. У вальдшнепа из видимых повреждений перебита нога и чуть-чуть крыло. Около сидки – ни одного пятна помёта. А все птицы до этого активно кормились на большой площади и бежали от собаки. Я уверен, что это подранок, которого я чуть ранее, как показалось, зацепил. Но как его причуяла собака без ветра и на таком расстоянии, да ещё причуяла не как вальдшнепа, а снова, как с дупелем, как не пойми что? По опытной собаке с большим полевым досугом всегда обычно понятно, по кому она работает, причём понятно ещё до стойки. А тут по знакомой вроде бы дичи крайняя неуверенность: является ли источник запаха вообще объектом охоты?

К чему я всё это? Да к тому, что запах птицы, постоянно живущей и успешно выживающей на земле среди множества хищников, начиная от ласки и заканчивая бродячими собаками, изучен очень слабо. Очевидно, что птицы умеют его маскировать и пользуются такой маскировкой постоянно – когда отдыхают на земле, например. И собаки таких отдыхающих и долгое время сидящих на одном месте птиц работают плохо или вообще не работают. Известно ведь, что «тетерев, начиная с октября, от собаки бежит!». Точка! А ведь на сидках его можно работать чуть не круглый год: и взлетать он будет недалеко, и сидеть плотно до последнего. Но чтобы собака начала работать тетеревов на сидках, надо ей дать не одну и не две такие встречи, причём с отстрелом, чтобы она выучила запах, который исходит от птицы на сидке и который хищниками не воспринимается как запах объекта охоты. Не верите? Поищите видео скандинавских легашатников: тетеревов из-под стоек они стреляют весь сезон, в том числе по глубокому снегу, на лунках. Обратите внимание на места, где это происходит: это не кормовые стации, а именно места отдыха птиц на земле.

Эти непостижимые запахи

Итого, о природе запаха птицы – того запаха, который хищники и охотничьи собаки интерпретируют как «дичь», – мы знаем очень мало. А как птицы управляют своим запахом и могут маскировать его вплоть до полной «невидимости» для носов хищников, не знаем, наверно, ничего. Иногда мы можем наблюдать обратное явление: птица обнаруживается собакой неправдоподобно далеко, при этом запах может быть привлекательным, вызывает интерес и определённую охотничью реакцию, но собака по этому ненормальному запаху «не узнаёт» птицу. Так вот, когда собака на состязаниях или на охоте пропускает птицу или даже несколько, ошибается (а ошибаются все собаки, не бывает таких, которые всегда работали бы 100% всего, что встречается в поле) – это не обязательно означает, что у неё плохое чутьё. Возможно, птица ей попалась неактивная, отдыхающая, замаскировавшая запах и невидимая для хищников. Всерьёз заниматься сравнением чутья можно только по одному и тому же запаху – поэтому вряд ли теперь, по прочтении вышесказанного, старинный рисунок испытания пойнтера по куропаткам в клетке будет вызывать столько веселья. Люди-то как раз про птицу лучше нас соображали. Другое дело, что чутьё – это далеко не всё, что делает собаку хорошим охотником. Нужны ещё желание (страсть) и ум, а вот их оценить возможно только в поле.

Русский охотничий журнал, январь 2020 г.

665