Весенняя охота на гуся глазами человека, никогда на ней не бывавшего

Гуси
Весенняя охота на гуся глазами человека, никогда на ней не бывавшего

Дикий гусь из всех наших охотничьих птиц добыча самая желанная и престижная – тем более что даже самые далекие от охоты люди знают, с чем его едят. Гусь же не прячется по дальним тайгам, как тот глухарь, а пролетает по России как хозяин, широко и высоко; и это не маленькая птичка, как, скажем, вальдшнеп, гусь – птица крупная, солидная, его издалека видно, особенно в коллективе – а поодиночке он и не ходит.

Вот едешь так себе или идешь, никого не трогая, по своим делам, или просто ночью проснулся ни с того ни с сего, поднял голову к небу – а там, шумно, с гоготом, летят и летят табуны, стаи, толпы огромных, увесистых, жирных, вкусных птиц. И тут заноет в груди, и все житейские помыслы вытесняются встающей перед мысленным взором картиной, на которой мушка фамильной двустволки на два – нет, на три корпуса обгоняет крепкокрылого гусака, и уже почти реально ощущаешь толчок в плечо, и запах пороха, и видишь пух, выбитый дробью из пестроперой груди, и чувствуешь приятно тяжелую мягкую шею в руке... Однако же мало у кого эти фантазии становятся реальностью. А все от того, что гусь – это не просто так, гусь – птица серьезная.

Нет, вы поймите меня правильно – не бывает несерьезных охот. Но взять, скажем, селезней. Тут, конечно, тоже есть свои сложности – но сложности чисто технического плана: грамотно выбрать место на разливе, построить качественный скрадок, и так далее. Но ничего особо заковыристого для организации этой охоты как-то не требуется.

Даже наоборот – чем проще, тем лучше. Нет джипа – не придется идти за трактором. Нет лодки – тоже не беда, самые перспективные места обычно мелкие. Нет камуфляжа? Да кто ж разглядит, при хорошем шалаше, что надето на сидящем внутри охотнике – ватник или смокинг? Без чего не обойтись, так это без топорика, ножика, мотка бечевки, теплой куртки неяркого цвета да болотных сапог или вейдерсов. То есть почти как в том детском стишке: «Удочка только нужна и река». Особенно если речь идет о тяге вальдшнепа.

Весенняя охота на гуся глазами человека, никогда на ней не бывавшего

Тут вообще все, что нужно, – это дерево и закат. Встаешь под дерево и смотришь на закат. Все! Нет, конечно, ты не просто так стоишь и смотришь, ты как бы ждешь появления этих таинственных, сумеречных птиц, столь любимых писателями-охотниками, и цитируешь (можно вслух) Толстого, еще одного Толстого, Тургенева, и прочих более или менее широко известных в узких кругах писателей и поэтов. Но даже цитировать, не говоря уже про выстрелить, и тем более попасть – необязательно. Для того чтобы охота состоялась, достаточно заката, дерева и ожидания.

Гусь – дело другое. Он требует соответствующих вложений. Хотя поначалу может показаться, что фигня вопрос. Взять побольше патронов с дробью покрупнее, а то и с картечью. Потом камуфляжный костюм (птица осторожная, заметит еще) и шанцевый инструмент для копания ямы. Еще непременно профиля – типа, если на данном конкретном поле тусуется толпа собратьев, значит, там безопасно и пожрать есть чего. Ну и – таскать все это на своем горбу тяжело, не рюкзачок, чай, с утиным чучелом и мотком бечевки – нужен автомобиль, желательно повышенной проходимости. На первый взгляд – ничего особенного…

…Но это лишь на первый взгляд. С первых выездов начинающие гусятники чаще возвращаются пустыми – ну, может, одного-двух случайно возьмут. А то! Гусь – птица серьезная, чуть маскировка неправильная, профилей маловато, шумового сопровождения нет – не нравится, полетел в другие места. А если и налетел – то лучше б не налетал, в него стреляешь, а он не падает, в него стреляешь – а он не падает. Впору самому изжариться с яблоками от бешенства. Это на других охотах охотники воспринимают неудачи относительно спокойно – мол, ерунда, дело житейское, как говорил великий Карлсон, зато подышали весенним воздухом и тому подобное.

На вальдшнепа – так вообще литературные описания чуть ли не обязывают остаться без добычи: «в весенние листы едва одетый лес», нехорошо осквернять выстрелами, праздник Жизни - «вот что значит стоять на тяге», и все такое прочее. Гусь – не то, гусь – птица серьезная. Мало того что охотникам изначально, еще, так сказать, предварительно хочется его взять. Но они так много вкладывают в планирование, подготовку, профиля эти самые, дорогу, рытье окопов и сидение в грязи времени, денег, сил, себя, в конце концов, что уже просто не могут остановиться, пока чего-нибудь не добудут. А значит – надо как-то оптимизировать процесс.

Сначала разобраться, почему гуси от выстрелов не падают и как это досадное недоразумение устранить. Переболев полуметровыми насадками на стволы и страшноватыми рецептами снаряжения патронов, расчесав до крови голову в процессе анализа результатов отстрела всех доступных боеприпасов по стодольным мишеням и сухим сосновым дощечкам и оправившись от душевной травмы, вызванной крушением всей картины гладкоствольного мироздания, выстроенной на пожелтевших журналах из родительской библиотеки, гусятник со вздохом идет на стенд – тренироваться. И, естественно, приобретает новое ружье. Дедовская двустволка – это для романтических вальдшнепов; на гуся нужен полуавтомат, непременно импортный, желательно под патрон «магнум», и с пластиковой ложей. И камуфлированный – на всякий случай; гусь – птица серьезная, лучше перебдеть.

Камуфляж, вообще – хотя при хорошем скрадке он вроде бы не так уж и нужен – особая расходная статья, которая легко превращается в бездонную бочку. Камуфляж – это антипод модной одежды, он делается не для того, чтобы привлекать внимание к своему носителю, а совсем наоборот, но эффект у них одинаковый – дай истинному гусятнику волю, гардероб у него будет не меньше, чем у любой светской львицы, и разговор о том, какую шмотку надо напялить на себя в какой ситуации – есть ли, например, рисунок, одинаково подходящий для прошлогодней травы и озимых? – он сможет поддерживать бесконечно.

Весенняя охота на гуся глазами человека, никогда на ней не бывавшегоИ так же трепетно, как та львица, гусятник будет относиться к белью – с приставкой «термо»: на гусиной охоте приходится сначала семь потов пролить, таская, расставляя, копая, укрываясь и просто прогуливаясь туда-сюда по раскисшей пашне, а потом семь часов сидеть на холоде, и если завершение сезона в больнице с пневмонией, не говоря уже о смерти от гипотермии прямо в скрадке, представляется охотнику делом почетным, но не очень привлекательным – то поневоле задумаешься о правильном сочетании термобелья, верхней одежды и обуви.

Вообще, при хорошей маскировке, правильных чучелах и грамотном манении гуси подлетают к скрадку на такое расстояние, что их можно сбить и из ржавой берданки, заряженной рублеными гвоздями. Для этого, правда, нужно убедительно расставить вокруг скрадка значительное количество профилей, а лучше чучел. Чучела бывают полукорпусными (выглядят менее естественно, но оказываются компактнее) и полнокорпусными (выглядят естественнее, но тяжело таскать), кормящимися, отдыхающими, сторожевыми, имитирующими взлетающих – или садящихся... короче, летающих – гусей, а также можно высадить пару чучел других, не охотничьих птиц (типа, гусям не веришь, но вороне-то поверишь?). На то, чтобы выяснить, сколько каких надо, в какой последовательности их расставлять, где заказать, и дождаться прибытия заказа, уйдет как раз время до следующего сезона.

Выставив чучела, можно начинать манить. Бывают манки электрические (они вообще-то запрещены) и обычные, у которых тоже есть свои преимущества – во-первых, не сядут батарейки, а во-вторых, когда птица не летает час, два, три, извлечение звуков превращается в какое-никакое развлечение. Правда, чтобы извлекать привлекательные для гусей звуки, надо много тренироваться долгими зимними вечерами, час за часом, пока соседи не начинают интересоваться, в каком клубе играет ваш джаз-банд. Тут главное, ничего не напутать и не начать отрабатывать вместо гусиного зова мелодии Дюка Эллингтона или навыки манения какой-нибудь канадской казарки, которая к нам залетает раз в десять лет и то случайно.

Поддается усовершенствованию и маскировка. Можно приобрести промежуточное звено между скрадком и одеждой – чудные (ударение можно ставить на любой слог) костюмы «леший» и «кикимора», превращающие человека в имитацию кустика с листиками, – но без скрадка обычно не обойтись. И если в утиных угодьях обычно бывает достаточно кустов и камышей, чтобы укрыться, то гуся охотят в чистом поле, так что надо зарыться в землю и прикрыться чем-нибудь сверху – элементами окружающей действительности (прошлогодней стерней, шанцевым инструментом) или маскировочной сетью. Опять же не забываем, что гусь – птица все-таки водоплавающая, и даже в чистом поле весной вырытая яма часто сразу же превращается в колодец. Если смерть в ожидании гусей от гипотермии или пневмонии представляется гусятнику почетной, но непривлекательной, то придется обзавестись специальным пластиковым корытом.

А чтобы объединить засидку, маскировку и приманку, можно накрыться огромным получучелом гуся. Может, это и смешно звучит, а такие штуки действительно есть в продаже – это своеобразный апофеоз гусиного снаряжения и по цене, и по сложности приобретения, и по громоздкости и неудобности транспортировки.

На этом этапе гусятник с неприятным изумлением обнаруживает две вещи. Во-первых, барахла стало слишком много, и возить его желательно не только до поля, но и по полю. Для тех, кто вместе с общественным положением, позволяющим приобретать такое количество ненужных в обыденной жизни вещей, приобрел и соответствующую занимаемому положению солидность в теле, совершенно необходимым предметом экипировки становится квадроцикл. Во-вторых, теперь охотник кладет на одну чашу весов те два или три выезда, которые можно успеть сделать за короткий весенний сезон, а на другую – гору оборудования, более или менее прицельно ориентированного на добычу гусей, и замечает в этой пропорции некоторый дисбаланс. Можно, конечно, оставить семью без своего общества во время следующей ее поездки на море и взять под такое дело отпуск – но, во-первых, что тебе таки дороже, гуси или жена, а в-главных, отпуск в сезон это хорошо, если сезон совпадет с валовым пролетом. А если не совпадет?

Весенняя охота на гуся глазами человека, никогда на ней не бывавшего

Для решения этого вопроса гусятник превращается в шефа внешней разведки и начальника штаба стратегического планирования в одном лице. Раньше для того, чтобы отследить движение основной массы пролетного гуся по стране, требовалось кропотливое изучение и сопоставление погоды в разных регионах. Теперь проще: добрые ученые из развитых европейских стран ловят гусей, цепляют на них GPS-передатчики (опа! чуть не забыл про GPS-навигатор, без него же тоже никуда!), и – не иначе, чтобы скорее получить свои передатчики назад – выкладывают данные о том, где какой из окольцованных гусей сейчас летает, в Интернет.

Так что предсказать, когда пролетный гусь придет в твою область – или, на худой конец, в соседнюю – стало легче. И можно не ждать, а просто ехать прямо туда, где гусь есть сейчас – заодно можно намного растянуть сроки охоты: начинать с регионов поюжнее, где охота открывается пораньше, потом прочесать свою родную область, а там, если не насытишься, можно рвануть и севернее. Для такой охоты нужен и соответствующий транспорт – автомобиль, который может с одинаковым успехом ползти по раскисшей грунтовке и быстро ехать по трассе. Таких машин в мире немного, и производители их знают себе цену. Мягко говоря.

О том, чтобы оставить это безнадежное дело, речи уже нет. Гусиная охота засасывает  незаметно, как болото, наркотик или рулетка. Гусь – птица настолько серьезная, и затянутый этой охотой человек делает в эту охоту такой вклад, что просто вынужден всю весну проводить, гоняясь по полям за птицами, а все остальные времена года – готовясь к весне. Потому что иначе это все равно, что построить своими руками огромный дом и ночевать в нем один раз в году.

Вот так и делаются запойные гусятники.

Я не из их числа. Ни разу не был, не пробовал, не привлекался – страшно. Как прикину, сколько, оказывается, всего надо, чтобы с толком поохотиться на гуся, и чем оно может закончиться, так сразу начинаю бояться. И думаю – нет уж, я уж как-нибудь лучше по селезню...

Русский охотничий журнал

701