Сектор на северо-востоке Москвы, где расположены Мытищи и Королёв, – известный оружейный район. Здесь располагалось Мытищенское стрельбище – место народного паломничества большого количества стрелков.
Затем, в 2014 году, в Мытищах, правда, уже по другую сторону Ярославского шоссе, появился стрелковый центр со стометровой галереей, которую автор этих строк начал осваивать буквально с первых дней пуска. Потом в этом же здании загнездилась Московская оружейная компания; чуть позже – ещё одно предприятие по изготовлению высокоточного оружия, Bespoke Gun. Сказывалось намоленное место, как сказали бы некоторые люди. Примерно пять лет назад в этот комплекс пришли торговые предприятия. Сегодня торговых предприятий в здании по адресу Новослободская, 1… Да с первого взгляда не понять сколько. Поэтому я обратился к управляющему оружейным кластером «Калибр», директору стрелкового клуба «Калибр» Ивану Михайловичу Королёву.
Иван Королёв (далее И. К.): Да, первый камень был заложен в 2013 году. Построились очень быстро, за год, и сначала это был просто стрелковый комплекс «Калибр», учебный центр, центр профессиональной подготовки по обучению граждан безопасному обращению с оружием, обучение охранников четвёртого-пятого-шестого разряда, периодическая проверка, квалификационный экзамен. Из арендаторов у нас был только Росинкасс – это организация, которая занимается обучением инкассаторов и так далее.
Почему это было построено? Собственник всегда мечтал о тире и хотел большой тир. Он сам охотник, все друзья и всё окружение – охотники, так что сделал «под себя» объект, который должен был радовать душу и при этом иметь параллельно задачу заработать деньги. Стрелковый клуб, галерея 100 м, три галереи – 25 м, угол обстрела 180°, потрясающая вытяжка, освещение. Естественно, вложены были астрономические по тем временам деньги, сделано с душой. На тот момент это были стрелковая организация «Калибр» и учебный центр. Учебный центр чувствовал себя хорошо: обучение, проекты, госконтракты и т. д. А вот тир… Если смотреть объективно, большинство стрелковых организаций держатся исключительно на инициативе собственников. Потому что денег как таковых они не приносят.
Михаил Кречмар (далее М. К.): Это как охотничье хозяйство.
И. К.: Да, низкомаржинальный бизнес, очень большие риски, постоянные расходы, проверки, тонны бумаги, договоры, согласия, списание боеприпасов, журнал учёта стрельб, журнал учёта по журналам, журнал учёта по журналам учёта журналов и так далее. Плюс постоянный штат. Всё это не окупало затрат. И так длилось долгое время, пока от нас не ушёл Росинкасс. И тогда собственник сказал, что ему неинтересен учебный центр и тир, это просто из кармана доставать деньги при мизерной прибыли. Это было в начале 2019 года.
М. К.: Но вас за это любили, у вас была низкая цена.
И. К.: А разница оплачивалась из кармана собственника. Ну и цены тогда были другие. Мы стараемся в этом плане быть демократичными. Но вернёмся в 2019 год. Садимся обсуждать: закрывать, продавать, отдавать другому человеку, чтобы он возился со стрелковым объектом, или пробовать всё это реанимировать? Я как человек, который всю жизнь посвятил стрелковому спорту, оружию и вообще всему, что связано с оружейной тематикой, естественно, предложил: «Слушайте, давайте попробуем по-новому, по-другому». Тем более я всё-таки чуть другого поколения. Я за цифровизацию, за интернет, развитие, рекламу, за программное обеспечение, CRM.
Начали рассматривать разные концепции. И пришли к тому, что помимо просто тира, куда человек просто приехал пристрелять себе винтовку, клиент должен получить полный спектр услуг. Мы рассматривали центр как точку притяжения, где человек останется больше чем на три часа. Так что мы начали потихонечку, стучась в каждую дверь, искать арендаторов из смежной темы: производство оружия, экипировка, снаряжение, тюнинг, мастерские. Всё что угодно, связанное с оружием, чтобы человек, приехав в тир, узнал о том, что здесь можно нарезать резьбу, купить «банку», пройти обучение на гражданское оружие, купить патроны, сделать перествол, заказать новую оптику, отремонтировать дальномер. Полный спектр всего, что ложится на охотничью, спортивную, тактическую тему. Всё, где есть оружие или что связано с оружейной тематикой, должно быть здесь у нас. Мы начали создавать максимально благоприятные условия, и в 2022 году люди осознали, что гораздо удобнее не по всей Москве кататься, а приехать в одно место и получить полный спектр услуг. Тогда к нам начали стучаться организации, начали появляться новые компании, которые стали нашими партнёрами. Мы здесь все дружим, все друг друга любим, ценим и уважаем, мы никак не конкурируем, а друг другу помогаем.
М. К.: И в чём удобство концепции «оружейный кластер»?
И. К.: Мы обмениваемся клиентами. У каждого нашего партнёра – свой отдел маркетинга, своё продвижение, свои бюджеты на рекламу, свой клиент, но при этом по итогу это становится общий клиент. Это можно рассматривать как синергию. Я сейчас говорю как директор спортивно-стрелкового клуба «Калибр», как родоначальник новой концепции оказания услуг по стрельбе и как человек, который занимается семейным бизнесом. Нам очень выгодно помогать развитию наших арендаторов. Почему? Потому что в будущем арендатор будет развиваться, брать новые площади, привлекать ещё новых клиентов. В этом здании у нас полностью заняты площади. Мы рядом построили другое здание. Это уже третий корпус.
М. К.: Это корпус три. А где второй? Там, где сидит BespokeGun?
И. К.: Да, это полностью отдельное здание, с другой стороны – «Московская оружейная компания», «Техномеханика Аркуда». Дальше конструкторское бюро. Здесь уже всё занято.
М. К.: То есть у вас под одной крышей стрельба, производство, тюнинг и торговля? Но тюнинг и производство у вас, в общем-то, примерно ноздря в ноздрю с «Калибром» появились. Олег Рогожин, по-моему, возник в первый же год.
И. К.: Да, но тогда масштабы были совсем другие. Глобальная масштабизация этого проекта началась именно в 2019 году, когда мы стали привлекать других. В чём большой плюс? В том, что есть тир – для испытаний, для тест-драйвов: купил, сразу пошёл пристрелял, попробовал, установил оптику, докрутил, допилил, настроил. Дальше – оружейный магазин: чтобы продать, перепродать. Бывает, что люди стреляют на соседних направлениях, в разговоре выясняется, что один готов продать, а другой готов купить. Пошли через оружейный магазин на первом этаже оформили.
Мы хотим сейчас создать оружейный маркетплейс, где будут представлены пока только наши арендаторы, ну и, может быть, ближайшие партнёры, которые с нами очень тесно контактируют. На этом сайте будут все-все-все наши магазины, так что можно будет нелицензированный товар, например, СДЭКом заказать. Либо, если товар лицензионный, пожалуйста, бронируйте, приезжайте, забирайте сами. Всё на одном сайте. При этом известно, где всё это находится, можно приехать и здесь руками потрогать, посмотреть, померить там, попробовать.
Не хочу никого обидеть, но оружейная индустрия, если честно, отстаёт от, скажем, маникюрных салонов и всего остального лет так на семь по цифровизации, новым трендам и всему остальному. Поэтому нужно просто взять то, что уже работает, и попробовать перенести это на оружейный рынок. Если это взлетит, это опять же будет повод переехать к нам сюда, на эту площадь, в новое здание. В дальнейшем там также будет производство, офисные, складские помещения. Чтобы как можно больше оружейников переехало к нам, пользовалось нашими услугами, нашими клиентами. Чтобы мы обменивались опытом, контрактами, синергетически развивались.
М. К.: А как арендаторы решают вопрос с конкуренцией между товарами или группами товаров?
И. К.: Мы не сажаем прямых конкурентов. Каждый ценен по-своему, при этом каждый из них может, например, пойти с другим в кафе, выпить кофе, договориться: «Ребят, давайте, если мы продаём одно и то же, то хотя бы по одной цене». Или, допустим: «Вы это не продавайте, а мы будем вот это продавать». Между всеми налажен контакт. Я сейчас приведу реальный пример. Приходит, к примеру, в «Хант» клиент, очень ценный, и говорит: «Слушайте, мне нужно вот это, вот это, вот это». Из пяти позиций в «Ханте» есть три. Ну, не хочет «Хант» терять этого клиента, вот и говорит: «Мы можем решить эту проблему».
М. К.: Ну да, ему проще привести клиента в соседний магазин.
И. К.: Нет у нас такого жёсткого пересечения. Понятно, что в любом случае в коммерции всегда есть какие-то точки пересечения интересов, могут быть споры, у кого что дешевле, где достал, кто как дешевле привёз, но не в наших интересах и не в их развивать здесь эти темы, потому что, ребята, мы тогда, грубо говоря, друг другу испортим жизнь.
М. К.: Сколько у вас сейчас независимых друг от друга компаний под этой крышей, я имею в виду торгующие?
И. К.: Давайте посчитаем. Range Day, Rus Defense, Rus Defense Arms, «Хант», «Ствол», «Лаборатория по сборке боеприпасов» тоже считается. 5.11, «Так тэк», Big Game… Сейчас ведём ещё с двумя компаниями переговоры, и хотим также рассмотреть варианты для рыбалки.
М. К.: Это был следующий мой вопрос.
И. К.: Бывает, что клиент и охотник, и рыбак. А бывает, клиент, допустим, рыбак, но при этом не попадает по каким-то аспектам в нашу выборку, однако пользуется услугами Big Game – покупает обувь, одежду, бивачное снаряжение и всё остальное. Так что мы должны учитывать все увлечения, которые плюс-минус связаны с охотой, туризмом, оружием.
Далее. Я являюсь партнёром разработчика программного обеспечения по управлению стрелковыми объектами. Почему 5 лет назад всё это начало развиваться? Потому что мы пошли от «цифры». Мы решили понять, как вести бизнес через CRM-систему, через RP-систему, вообще целыми объектами, чтобы максимально убрать всю бумажную рутину. Вот, к примеру, есть журнал передачи дежурств – это когда в комнате хранения оружия сотрудник КХО с утра приходит, переписывает всё оружие, что находится в КХО, и ставит подпись. Вечером то же самое переписывает, что всё на месте, и опять ставит подпись. Я сам лично стоял с секундомером и засекал время. Человек 24 минуты переписывал всё это. А сейчас уже четыре года всё нажатием одной кнопочки переносится.
Но главное, что отличает нас от остальных, – это скорость оказания услуг. Раньше у нас оформление первоначального клиента со своим оружием в стометровке занимало порядка восьми минут: пока все договоры записать, пока переписать разрешение, пока услугу выбрать, пока оформить, пока оплатить. Паспорт, РОХ, скан, скан ушёл. У нас в базе 86 000 человек. Из них 33 000 – это те, у кого есть оружие. И сейчас всё это гораздо быстрее.
Мы как раз 5 лет назад начали развивать ЕИС – единую автоматизированную информационную систему, оружейный кластер, чтобы понять, из чего вообще состоит оружейный рынок. Кто мы? Потому что, кроме Росгвардии, по факту никто этого не знает. В прошлом году решили проанализировать базу. Как вы думаете, какой самый популярный ствол у нас в «Калибре»? С каким оружием чаще всего к нам люди приходят?
М. К.: Я как человек, который у вас раз в месяц точно бывает, думаю, что Blaser.
И. К.: Вы единственный человек, который верно ответил. Первое место – Blaser R93, второе – Blaser R8. И только после этого идут «Тигры», «Сайги», «беретты», «бенелли». Так, может быть, как раз товары закупать под Blaser? Чехольчики, ремешки, цепи, оптику, крепление под оптику? Для других, для высокоточников, к примеру, что-то своё. Идти от клиента.
М. К.: Да, просто надо дифференцировать. Скажем, высокоточники и охотники пересекаются, но не очень сильно. А практики вообще не пересекаются ни с кем. Это и наш рынок тоже, мы его изучаем и исследования проводим.
И. К.: Когда мы узнали самый популярный калибр… Угадаете?
М. К.: У меня выбор между двумя. Я думаю, у вас в «Калибре» будет .308 и .300 WM.
И. К.: .308. Самый популярный калибр – .308. Если спросить человека, который чуть-чуть аффилирован с практической стрельбой или со спортом, то он скажет: «Ну, либо .223, либо девятка, либо двенашка». Спросишь высокоточника, который видит только высокоточные, он ответит: «.338 или 6,5». Спросишь охотника, он скажет: «Ну, наверное, 7,62×54, .308, или .30-06». А в итоге по базе смотришь, и оказывается, что на первом месте у нас .308 Win. Мы первые, кто составил кадастр оружия. До этого не было даже регламента никакого по кадастру и по патронам. Если вы посмотрите на РОХ, то там может быть написано «9×19», может – «9×19 Luger», может – «9 мм Люгер». И самое интересное, что для некоторых государственных структур это всё разные калибры. Поэтому мы взяли на себя вот такое бремя – попробовать оцифровать, скажем так, оружейную индустрию вообще, чтобы понимать, сколько у нас стрелковых клубов, оружейных магазинов, учебных центров, производителей оружия.
М. К.: Значит, у вас здесь есть школа и лаборатория релоада.
И. К.: Кстати, гениальная концепция. Где ещё вы можете взять в аренду стол с топовым оборудованием для релоада с прессами, весами и всем остальным? Я могу ошибиться, но, по-моему, за полторы тысячи в час. Вы под присмотром человека, который гений в релоадинге, прочитал все книжки, которые только можно, и сам является участником всех проходящих соревнований. Под его чутким присмотром или руководством вы можете накрутить себе любой калибр, который захотите. Накрутите партию, спуститесь вниз, проверите её, поймёте, зашло или не зашло, и вернётесь обратно. Потому что, сами понимаете, входной билет в релоадинг – это ж космические деньги.
М. К.: Это легенда, что релоад удешевляет процесс. Релоад удешевляет процесс, если ты стреляешь тысячами.
И. К.: Да, допустим, вы вдруг захотели заниматься высокоточкой, но при этом ещё не знаете, зайдёт она вам или не зайдёт. Зачем всё сразу бежать покупать? Идите в лабораторию, арендуйте стол с топовым оборудованием. Ищите, собирайте, вам подскажут, помогут: тут вы пересыпали, тут недосыпали, тут вес пули не тот, тут вот это, ствол не тот. Сразу всё проверили, отстреляли, вас ещё и научили. А потом вы уже поняли, потянете вы высокоточку или не потянете, потому что объективно спорт дорогой. Поэтому у нас тут лаборатория по сборке боеприпасов. Дальше у нас три мастерских, которые могут притереть, подогнать, покрасить, нарезать резьбы, удлинить и укоротить, присверлить, припаять что угодно, причём мастерские с лицензией.
М. К.: Ну, про инструкторов в тире я и не говорю, они у вас очень квалифицированные. Михаил Ильич вообще просто легенда.
И. К.: Мы расширяем количество инструкторов, всё время их обучаем. И это опять же очень удобно. Инструктор – это тоже для магазинов как продавец.
М. К.: А как бы вы оценили экспертный уровень продавцов, которые у вас есть? Нескольких я знаю лично уже давно.
И. К.: Во-первых, мы все друг друга знаем, да. Во-вторых, некоторые продавцы десятки лет продают оружейные товары. Есть те, кто недавно пришёл, но в любом случае каждый собственник магазина заинтересован в том, чтобы продавцы у него были квалифицированные и компетентные. А ещё каждый продавец у нас проходит занятия с инструктором по стрельбе.
Все статьи номера: Русский охотничий журнал, апрель 2026
