Неравенство, говорите? Да у нас – равнее не бывает!

Охотничье сообщество
Дата публикации:
Комментарии: 0

Поговорку «На охоте и в бане все равны» воспринимать буквально может разве что иностранец или человек в значительной степени незамутнённый, то есть, говоря нормальным русским языком, наивный.

На самом деле ещё со времён утверждения реализма в русской литературе все классики истинно охотничьего жанра неизменно подчёркивали этим выражением, что сутью материалистичного охотничьего уклада является именно неравенство. По охотничьим способностям, навыкам и умению, ведущим к ЦЕЛИ охоты – к добыче трофея, и не просто добыче, а добыче красивой, залихватской, с удалью. На «никчёмных людишек», таскающихся в поля «так от скуки, кости размять», а на деле просто не имеющих ни способностей, ни характера под стать «заправским» охотникам, всегда смотрели как на людей несерьёзных, не заслуживающих ни внимания, ни голоса в коллективе, ни подражания. Это сейчас у части «охотников» входит в моду «охота без охоты»: собачка побегала, «птичку понюхала», сам воздухом свежим попыхтел с одышкой, даже иногда уточку или бекасика стрельнул (с десятой попытки) – и вроде тоже при деле.

Или взять эти до недавней поры модные «коллективные» охоты, когда «команда» каждый раз заново набирается через какую-нибудь «Ганзу» или подобные ей «места виртуальных охот». Без сожаления невозможно потом читать «отчёты» о таких поездках – обязательно с фотографиями «вот мы собрались», «вот мы приехали», неизменно «вот мы за столом», дальше ножи / ружья / всякая бесполезная «тактикульная» хрень из паракорда, неопрена и т. д. и т. п. (реально поражает воображение количество изобретённой за последнее время мелкой рухляди, единственное предназначение которой – персонализация владельца, которому без неё и помериться нечем)… Ну а дальше? А дальше – то самое «равенство» во всей красе: упущенные шансы (из-за того, что половина новоявленного коллектива вообще ничего не умеет, кроме как щёки надувать) либо, что также не редкость, просто «пустодол». Ведь большинство ехало «погулять и пообщаться»? Ну так этого добра у любого ушлого организатора вагон и телега, в отличие от возможностей действительно хорошо сделать охоту, кстати.

Нет, я не хочу сказать, что не надо общаться с незнакомыми людьми в интернете – наоборот, именно посредством его, проклятого, сложились многие самые удачные коллективы и охотничьи компании. Да что греха таить – почти все мои собственные самые интересные охотничьи знакомства завязались в виртуальном охотничьем пространстве: на форумах, в группах и чатах. Родственным душам свойственно находить друг друга при любом способе коммуникации – это в равной степени относится и к Охотникам с большой буквы, и к человекам, с охотничьей точки зрения «никчёмным». Способности у всех разные – это да, но главное и основное в фундаменте неравенства, на котором стояла и будет стоять настоящая охота, это желание и умение эти способности обрести. «Кто хочет – изыскивает возможности, а кто не хочет – ищет причины». Эта не менее известная поговорка, в отличие от положившей начало данному опусу, не допускает двойного трактования.

«Так, стало быть, так-таки и нету?!» («Мастер и Маргарита», М.А. Булгаков) Равенства, в смысле? А вот тут позвольте возразить: я считаю, что у нас страна даже в рамках современных «правил охоты» даёт небывалое, невиданное нигде более в мире равенство возможностей. По крайней мере, на большей части своей территории. Оставим пока (до особого раза) в стороне трофейную охоту, специально изобретённую для того, чтобы никто не мешал пухлым и сильно занятым кошелькам изощрённо мериться друг с другом. То, что трофейная охота, честь ей и хвала, лучше всего сохраняет редкую дикую природу – это уже потом случайно так оказалось. Остановимся для начала на охотах «мясных», то есть зверовых, с целью вкусной лосятинки, кабанятинки, косулятинки и прочей оленинки и самому вдоволь покушать, и друзей-родню при случае угостить. И вот начинается: «Всё скупили! Всё закрыли! Всё дорого! И вообще – лишили напрочь бедного местного деревенского Петю-охотника возможности семью кормить…» Друзья, я вас умоляю: никогда, никто и нигде, кроме Крайнего Севера и непригодной ни для чего, кроме охоты, таёжной зоны, семьи охотой не кормил. «Охотник – не работник», – неужели забыли? Что? Промышленники? Дичь возами на базарах торговали? Так это, вообще-то, о птичках-зайчиках Аксаков и Гиляровский писали, а промысловая плотность лосиков-олешков с плотностью населения более 3 душ на квадратную версту уже в допетровские времена плохо сочеталась. Уже тогда и первые заповедники появились, указы, коими «строжайше возбранялося дичи бити», и прочая и прочая. Это во-первых. А во-вторых, за местного Петю никогда не переживайте: если он Охотник, то с мясом он в любом случае будет, при любых раскладах. Потому что он парень ловкий и ушлый, в отличие от вас – и вас ещё с вашими причитаниями при любом удобном «опрокинет, продаст и пропьёт».

Дальше давайте с «дорого» разбираться. Везде (по крайней мере, в радиусе 200–300 км точно) есть коллективные общественные хозяйства, и цены там… что? Правильно! Порой не ниже таковых в хозяйствах чисто коммерческих. А для кого эти цены не ниже? Тоже правильно – для «людей со стороны», а для «своих», для активных членов общества, они уже совсем другие, и поверьте моему опыту, порой не сильно превышают ставки сборов за пользование объектами животного мира, установленными Налоговым кодексом Российской Федерации, статья 333.3. Не хочешь лося за 55 тысяч? Ну так вступай в общество, участвуй в его жизнедеятельности, приноси реальную пользу – таких обществ, коим реально нужны активные и желающие работать, гхм, члены, совсем не мало. Ах, времени нет?! Ну так тогда с какого, собственно, рожна должны быть уравнены ваши возможности и прихоти момента с возможностями тех, кто реально душу вкладывает? Впрочем, мы не Германия, не Польша и даже не Литва, где без работы в охотобществе ты в принципе только в ценовой категории «трофейщика» можешь рассматриваться. Мы, я же говорю, уникальная страна в плане предоставления при абсолютно разной заинтересованности и готовности к отдаче почти равных возможностей. У нас, если не хочешь за 50 и не хочешь ничего руками делать, можно, в конце концов, потратить день-два на дорогу и оказаться в местах, где даже в ОДУ лицензии разве что к концу сезона разбирают. Немного простого человеческого внимания и понимания, и не будет у вас никаких проблем с ежегодной возможностью обеспечить семью деликатесными природными мясными продуктами по цене за килограмм (после всех расходов) не выше говядины 2–3 сорта. Куда дешевле-то?

Или взять вот грядущее «весеннее сумасшествие» – гусиные рыдания. Когда десятки упакованных кубометрами снаряжения команд начнут носиться по раскисшим от распутицы сельскохозяйственным просторам в поисках вожделенного гуся. И тоже начинается: «Тут закрыли, тут скупили, тут только для своих…» Это, конечно, когда «не солоно» получается. А ведь у многих так получается раз за разом не потому, что «всё скупили», и даже не потому, что не хватает тактических опыта и умения, а потому что гусь – очень пластичный вид и легко меняет как пути, так и время миграции, а равно и популяционную тактику. Простыми словами: теперь гусь старается лететь до и после короткого весеннего сезона охоты в каждой конкретно взятой области, а также очень быстро начинает избегать полос максимального охотничьего беспокойства. А как раз представление об этих полосах – вещь в охотничьем сознании крайне заскорузлая. Как ездила какая-нибудь команда 10 лет назад, скажем, в N-ский район какой-нибудь Воронежской или Рязанской области, так и ездит, хотя чем дальше, тем больше за воспоминаниями и размышлениями: «Ах, как же раньше было здорово, и куда всё подевалось…» Куда? Где-то соседним районом теперь летит, где охотников на гуся «исторически» нет, где-то – соседней областью, а где-то и другой страной облетает – вот тут уже никак ты гуся не возьмёшь, надо кардинально место охоты менять. Сельское хозяйство сейчас, что бы ни говорили, почти везде на подъёме, кормовой базы для гуся на всём протяжении миграции с такой огромной лихвой, что лишь выбирай, кукурузки ли, картошечки прошлогодней или мягкой озими. Всего вдоволь. Так что вильнуть на несколько сотен километров в сторону от привычного (охотникам) маршрута гусю ничего не стоит. Другое дело, что обнаружить в том же ОДУ (650 р. цена охоты) несколько тысяч непуганого гуся там, где его даже местные колхозники отродясь не видывали, дело не столько даже умения, сколько большого везения, даже примерными координатами которого человек с пониманием делиться, конечно, ни с кем не будет. Но сама возможность такого везения среди тех немногих, кто ищет, примерно равная.

Ну да бог с ним, с гусем. Это всё-таки отпуск, колёса соответствующие, снаряжения прицеп, да ещё и горячее желание полоскаться полвесны в грязи по уши – в общем, на любителя занятие. Оставим в стороне и охоты с подружейными собаками, по которым по крайней мере европейская часть России предоставляет просто райские возможности абсолютно всем желающим, готовым оторваться от любимого дивана на пару-тройку дней хотя бы. Собаку всё-таки не каждый может завести, а до услуг по прокату хороших рабочих собак мы вряд ли в обозримом будущем дорастём.

Приведу лучше такой простой, но очень характерный пример – вяхирь, лесной голубь. По азарту и тактической сложности организации охота на него не уступит гусиной, по стрельбе – в разы интереснее, как и по количеству трофеев и по длительности самой дневной охоты. Сезон в средней полосе продолжается около месяца (южнее – до уборки семечек, а в предгорьях Кавказа – до Нового года), но главное, что вяхирь в охотничьих количествах присутствует буквально в каждом районе, где есть обрабатываемые под хлебную озимь либо под кормовые культуры (горох, вика) поля. Нет сейчас в мае такого леса, где не слышно утробного сладострастного воркования витютня и не хлопочут сизые крылья в токовом облёте территории. Остаётся только посидеть в начале августа над картой, объездить за пару дней намеченные перспективные районы, понаблюдать по утрам, куда летают из леса голуби, и любой (подчёркиваю – любой!) охотник от севера Вологодской до самого Чёрного моря будет в индивидуальном порядке обеспечен интереснейшей охотой не на раз, а выездов на 5–6, а то и больше. Но… нет, мы поедем на утку – толпой на открытие, а потом ещё несколько раз съездим на короткую получасовую зарю с 1–2 выстрелами в среднем. И обязательно будем тосковать, что самые сладкие места скуплены, что охотников – тьма, а дичи вот совсем мало…

Друзья, у нас достаточно дичи для того, чтобы до сих пор давать практически равные возможности для её добычи даже в «домашних» общедоступных угодьях всем желающим. Вопрос весь – в наличии этих самых желающих, другими словами, в косности мышления некоторой части охотничьей братии. Причём не большей части, нет, но именно той, которой как раз хватает для формирования информационного образа неравенства возможностей – когда «одним всё, а другим ничего».

Русский охотничий журнал, март 2019 г

2100

Похожие статьи