Северная Америка – континент трудовой охоты

Охота в Северной Америке
Дата публикации:
просмотров: 1598
Комментарии: 0
Охота в Северной Америке

В системе международного клуба «Сафари» (SCI) большой шлем «29 животных Северной Америки» (Grand Slam North America 29) наряду с «29 животных Африки» (Grand Slam African 29) является необходимым условием для достижения высших охотничьих наград. Для бриллиантового уровня круга (inner circle) «Животные Северной Америки» охотнику необходимо добыть 32 из 57 учитываемых SCI разновидностей североамериканских животных.

На первый взгляд, немного, особенно в сравнении с аналогичным уровнем круга «Животные Африки», для которого требуется 80 (из 175) различных трофеев. Вот только охотников – обладателей бриллиантового уровня по Северной Америке ненамного больше (79 человек в мире), чем по Африке (76 человек), даже среди американцев и канадцев! Это достижение считается одним из самых трудных в системе SCI!

Я сумел «закрыть» бриллиантовый уровень по Северной Америке, то есть добыть требуемые SCI 32 трофея, за 19 поездок (всего же я провёл на Северо-Американском континенте 22 охоты). Примерно столько же потребовалось на то, чтобы достичь аналогичного уровня по Африке (18 охот), правда, с учётом того, что впервые я побывал на Чёрном континенте в 2004 году, а об участии в трофейной программе SCI начал подумывать только в 2007-м. Используя время более эффективно, можно было бы «закрыть» Африку и пораньше. Но речь, конечно же, не об этом, а о том, что североамериканские трофеи требуют значительно больших временных затрат. Таких охот, как, скажем, в ЮАР, Зимбабве или Танзании, где за 21-дневное сафари можно при должном умении и толике везения добыть два, а то и три десятка трофеев, в Северной Америке нет в принципе.

Охотничий домик на АляскеОхотничий домик на Аляске

Большинство трофейных видов Северной Америки либо весьма незначительно пересекаются ареалами, либо охота на них наиболее успешна (гарантирована) в разные сезоны. Как правило, охота у одного аутфитера в одном лагере – это один трофей, иногда два и очень редко три. В самую первую поездку в Канаду я, оплатив одному аутфитеру охоту на четыре трофея, в трёх разных лагерях каким-то чудом добыл три из них, и то только продлив охоту на несколько дней за счёт того, что следующим охотником должен был быть мой товарищ, поездка которого сорвалась в последний момент. Добыть два трофея в одном лагере в США или Канаде мне удалось лишь однажды – в августе 2015 года на Аляске. Это были бурый медведь и аляско-юконский карибу, но если шансы добыть медведя оценивались принимающей стороной в 90%, то шансы на карибу были настолько низкими, что эту охоту аутфитер отдал мне, можно сказать, почти задаром. Так что смело можно заносить её в список необыкновенных удач. Впрочем, была у меня одна охота в Северной Америке, в течение которой я добыл 8 трофеев в пяти лагерях у трёх разных аутфитеров. Это было в Мексике, когда я за 15 дней объездил и облетел чуть ли не всю страну. Однако в Канаде или США провести успешно такой тур практически нереально. Более того, мои товарищи не раз «попадали», планируя друг за другом всего две охоты у двух разных аутфитеров! И это вторая причина того, что трофеи Северо-Американского континента требуют существенных временных затрат.

Охота в Канаде или США – это, как правило, очень жёсткие сроки, по крайней мере, у хороших аутфитеров, у которых вероятность добыть трофей достаточно велика (к другим ездить очень рискованно). Любой аутфитер закладывает (или говорит, что закладывает) на охоту столько дней, сколько требуется для того, чтобы охотник с вероятностью более 90% смог приблизиться к нужному трофею на гарантированный выстрел. Я уже заострял на этом внимание в главе, посвящённой аутфитерам, имея в виду как раз Северную Америку: там на вопрос о том, сколько дней (на десятидневной, скажем, охоте) реально потребуется для добычи трофея, аутфитер очень часто уверенно отвечает: «Два-три дня!» И вот начинаешь мучительно размышлять: что, если запланировать другую охоту через «положенные» по контракту 10 дней, а добыть пусть не через 2, но через 4 дня… И сидеть без дела 6 дней жалко, потому как для трофейного охотника нет ничего дороже времени, и домой за это время слетать – только себя мучить. «Точно, – спрашиваешь, – за три дня добудем?» – «Да! Точно! Ну, не на второй, так на четвёртый – на 100%!» В результате такого общения, уверовав, что шести дней хватит с запасом, охотник решается и, заложив ещё пару дней на трансфер, планирует следующую охоту через 8 или 9 дней. И, как не сложно догадаться, тратит в результате у первого аутфитера все 10 дней, и хорошо ещё, если уезжает с трофеем. А вторая запланированная следом охота из-за невозможности сдвинуть сроки просто «сгорает» – чаще всего вместе со 100% уже оплаченной стоимости. Есть и ещё один момент, политический, а именно – получение визы на въезд в США. Случаи, когда полностью оплаченные охоты в последний момент срывались из-за того, что охотнику за полгода, а то и за год, так и не дали визу, далеко не единичны. Кроме того, очень сложно и долго получать разрешение и на ввоз оружия, поэтому если вы хотите спокойно охотиться в Штатах, рассчитывайте на прокат. Получение разрешения на ввоз оружия в Канаду не занимает много времени и не вызывает обычно никаких вопросов.

На Юконе

Ситуации, когда пропадала запланированная и уже оплаченная охота, несколько раз случались и у меня. Особенно памятна в этом отношении история с одним из подвидов канадского лося – лося Шираса (Shiras moose), самого мелкого из всех канадских лосей. В первый раз я пытался добыть его экспромтом после успешной и неожиданно быстрой охоты в Альберте на оленей. Тогда, подключив местных аутфитеров, я нашёл «гарантированную» шестидневную охоту: типа «лосей полно, приезжай, каждый день видим по два-три». Хорошо ещё, что, наученный уже опытом, я не без труда договорился об оплате примерно 60% стоимости охоты, а оставшиеся 40% – только в случае добычи трофея. Приехал, побегал неделю впустую и убедился, что шансов практически никаких: по сезону уже слишком поздно.

Второй раз, уже у другого аутфитера, планирую шестидневную охоту… Кстати, этим она меня и подкупила: раз закладывается всего шесть дней, значит, действительно большая плотность зверя, сам аутфитер при этом уверяет, что «два-три дня – и добудешь!» Так вот, планирую шестидневную охоту на лося Шираса и следом, уже у другого аутфитера, охоту на Юконе на один из многочисленных подвидов североамериканского северного оленя, того самого аляско-юконского карибу. Проходит шесть дней – ничего, а я уже твёрдо решил, что без лося не уеду. Продляю ещё на четыре дня – снова впустую. Продляю ещё (пропуская тем самым охоту на карибу и прекрасно понимая, что смогу пробыть тут максимум ещё два-три дня, а дальше, хочешь не хочешь, надо перелетать в Нунавут, где предстояла охота на овцебыка и островного арктического карибу)… И только на одиннадцатый день я всё-таки лося Шираса добыл: в последний момент просто повезло!

В Северной Америке и так бывает

Одна из не последних причин, по которым охоты на Северо-Американском континенте требуют больших временных затрат, – это трансфер. Понятно, что прилететь из Европы или Азии и улететь потом обратно требует времени, но чаще всего это лишь небольшая часть пути до места будущей охоты. Север Канады и Аляска, где обитает значительная часть наиболее интересных североамериканских трофеев, очень слабо заселены – это по-прежнему практически дикие, не освоенные человеком территории. Городов (и больших аэропортов) здесь мало, а перевозка пассажиров осуществляется небольшими самолетами местных авиалиний либо чартерами. Регулярных местных рейсов немного, часто они летают через день-два, и стыковка нескольких таких «концов» иногда влечёт большие временные затраты, чем при перелётах через «большую землю». Поэтому на охотах в Канаде и на Аляске налетать «от дома до дома» 10–15 полётных сегментов – отнюдь не редкость.

В августе 2015 года для того чтобы перебраться из Анкориджа (Аляска) в Доусон (Юкон), мне пришлось сначала лететь в Сиэтл, затем в Ванкувер, потом в Уайт Xoрc (White Horse, Юкон) и лишь оттуда в Доусон. А из Доусона уже на маленьком самолёте, куда не влез даже мой багаж (его отдельно доставили лошадьми), – в базовый охотничий лагерь. От Анкориджа до Доусона по прямой чуть больше 600 километров, но быстрее было проделать путь почти в 4,5 тысячи километров с четырьмя пересадками. Кстати, в Канаде и США, если вы добираетесь до лагеря самолётом (как это обычно бывает), запрещено начинать охоту ранее чем через шесть часов после прибытия. Это связано с тем, что самолет (техническое средство) можно вольно или невольно использовать для обнаружения животного, что в Северной Америке запрещено.

В Мексике с Деннисом Кемпбеллом (Dennis Campbell)

Законопослушность канадцев и американцев – это, несомненно, тема для отдельного разговора. Законы, в том числе правила охоты, соблюдаются неукоснительно. На одной охоте после прибытия в лагерь на берегу красивейшего озера мы с пи-эйчем отправились вечером на экскурсию по воде. И увидели отличного, с очень хорошими рогами, аляско-юконского лося (один из четырёх подвидов гигантских лосей, обитающих в Северной Америке). Шесть часов от прибытия в лагерь ещё не прошли, и карабина при мне, конечно, не было, но я готов был сейчас же сплавать до базы и вернуться: трофей меня вполне устраивал. Тем более мы ведь не с самолёта его нашли. А точно таким же способом, каким завтра начнём «легально» охотиться. Но… пи-эйч был непреклонен: шесть часов не прошло, значит, охота будет «нелегальной», то есть браконьерской. И всё равно, что вокруг на тысячи километров – ни души: закон есть закон! Причём такая законопослушность – это правило почти без исключений.

На другой охоте, оформляя лицензии на барана Далла, карибу, росомаху и волка (последних двух я за охоту ни разу и не увидел), я забыл проконтролировать, чтобы организаторы взяли «лагерную» лицензию на рыбалку, и в лагерь мы улетели без неё. Так вот, несмотря на то, что на месте были и снасти, и речка с рыбой, и кругом никого, кроме нас, на многие сотни километров… нет лицензии – нет и рыбалки. И никакому обсуждению это не подлежало: «Извини, мы забыли – наша вина, но сделать ничего не можем!»

В Канаде и США правила охоты и неукоснительное их соблюдение являются, пожалуй, основной причиной, делающей охоту в этих странах сложнее, чем во множестве других мест на Земле. Дело в том, что для всех охотничьих видов североамериканских копытных (их 47, не считая пекари), действует понятие легальный/нелегальный трофей. К отстрелу разрешены, естественно, только легальные трофеи. Сама легальность определяется либо по размеру рогов, либо по количеству отростков на них, причём в разных провинциях легальность одного и того же трофея может определяться по-разному. Так, например, в одной части Британской Колумбии можно стрелять оленя-вапити (elk) только с отростками 6×6. Пусть он хоть очень старый, но если рога хотя бы 5×6 – трофей нелегальный. Даже если он чемпион мира по размеру – нелегальный и всё! А в соседней части той же Британской Колумбии легальным будет вапити 5×5. При том, что в Альберте того же самого вапити можно стрелять с рогами 3×3. Остаётся добавить, что добыча нелегального трофея приравнивается к браконьерству. Нелегальный трофей не может быть зарегистрирован в SCI (место его добычи тщательно проверяется, особенно если охотник занимает в рейтинге клуба высокие места и претендует на какие-либо охотничьи награды), а в случае, если расследование обстоятельств добычи (а оно обязательно будет) выявит в качестве виновного вас (а не пи-эйча), вам грозит как минимум крупный штраф, а то и потеря возможности охотиться в Северной Америке в будущем. Поэтому ни один американский или канадский пи-эйч никогда не даст разрешения на выстрел, если на 100% не уверен, что указанный им трофей – легальный. И это обстоятельство, наверное, больше всего осложняет охоту в Северной Америке.

При этом в Канаде и США сама плотность животных не так уж мала, как можно подумать. Приехав на лося, оленя или любого из баранов, вы, скорее всего, увидите потенциальный трофей не раз и не два (может, и не один десяток раз). Вот только легальное животное за всё время охоты можно так и не встретить. Особенно это касается охот на баранов: можно за несколько десяти-двенадцатидневных охот либо вовсе не увидеть ни одного легального трофея, либо увидеть 1–2, но так и не суметь подойти на выстрел. Барана скалистых гор (Rocky Mountain big horn sheep) я сам добыл в предпоследний вечер изнурительнейшей двенадцатидневной охоты – это была первая и единственная встреча с легальным трофеем, хотя нелегальных мы за эти 12 дней перевидали много десятков. За горным карибу (mountain caribou) мне пришлось летать три (!) раза – и только на третий раз повезло встретить легального. Помимо необходимых 5×5 отростков карибу в Британской Колумбии должны обладать ещё обязательными глазными отростками определённого размера, в общем, сложной формулой рогов, которой далеко не каждый крупный взрослый самец соответствует. В результате на третью поездку я добыл, возможно, далеко не самый крупный трофей, наверняка виденные ранее олени были и более старыми, и с более крупными рогами, но… закон есть закон! Даже если он противоречит простой в данном случае логике, он почти везде неукоснительно соблюдается. «Почти» – потому что исключения есть даже в Канаде.

В главе «О не совсем пи-эйчах и совсем не пи-эйчах» я уже описывал единственную известную мне североамериканскую охоту, где организаторы порой пренебрегают правилами, а может, и вовсе не вполне их знают. Речь идёт об охоте на белого медведя. Этого крупного хищника в Канаде разрешено добывать только инуитам «для обеспечения традиционного образа жизни». При этом часть выделяемых лицензий им разрешено реализовывать как коммерческие, организуя трофейные охоты. Регламент таких охот жестко оговорён: охотникам разрешено добывать белого медведя, используя для преследования исключительно собачьи упряжки. Самим инуитам при этом снегоходы не запрещены, и оказывается, что они, возможно, единственные канадцы, прагматизм которых временами берёт верх над слепой законопослушностью.

Русский охотничий журнал, июнь 2016 г.

1599