В моей журналистской деятельности я то и дело сталкиваюсь с разведением диких животных в неволе. В прошлом году я посещал маральники Красноярской области, а в этом году меня привезли в мараловодческое хозяйство Тувы.
Казалось бы, что можно здесь увидеть нового: маральник – он и есть маральник. Но, как заметил один умный человек, «если двое делают одно и то же, это не одно и то же». Мараловодческое хозяйство «Туран» является охотпользователем, у него в аренде находится более 10 000 гектаров. В «Туране» сеют поля, у них есть вышки на кабанов, они имеют лимиты на добычу дичи и принимают охотников. Хозяйство чистое, ухоженное, с конюшнями и большой базой отдыха.
Рядом находится вольер с моим тёзкой, маралом Мишкой, с которым я сразу пошёл знакомиться. Мишка – замечательный рогач в цвете сил, который содержится специально для общения с посетителями. Меня подвела к нему замечательная женщина, управляющая хозяйством, Чонгаймаа Максимовна Сонам (а попросту Максимовна), которая показала и паторезку, и сушилку пантов, и ванны для лечения пантокрином. Потом подъехал директор, Сергей Васильевич Кривопуск. Директор он опытный, занимается мараловодством с девяносто пятого года. Здесь работает четыре года. А по образованию – агроном. В девяностые стал директором госпромхоза.
Сергей Кривопуск (далее С. К.): Да, там был старый маральник. И я двенадцать или пятнадцать лет – до 2005-го – директором там был. Потом ушёл. И через три года тот старый маральник распался. А вот потом в 2013 году создали вот этот маральник.
Чойганмаа Сонам (далее Ч. С.): На основании постановления правительства Республики Тыва создали мараловодческое хозяйство. В четырнадцатом году закупили на Алтае алтайских маралов, привезли 413 голов. И где-то в 2017 году появился интерес у людей: люди захотели и на лошадях покататься, и маралов посмотреть, так что мы здесь организовали туристическую базу. И с 2017 года принимаем туристов.
М. К.: То есть вы не частное предприятие?
С. К.: У нас учредитель — Министерство сельского хозяйства. А основной хозяин – Республика Тыва.
М. К.: А народ? Я вижу, у вас здесь довольно много людей работает, да и база туристическая требует людей. Откуда берёте? Местные, да?
С. К.: Из Турана, из Кызыла – Максимовна вот в Кызыле живёт. Приезжает в понедельник и до пятницы работает. В основном местные. Коллектив неплохой, дружный, очень нормальный коллектив. Маральник – 16 человек, плюс семь человек в туристической администрации.
М. К.: Сколько у вас сейчас зверей? 678 голов?
Ч. С.: Мы в ноябре считаем приплод, потому что сейчас они уже попрятались. После гона появятся. Тогда мы им прививки ставим и считаем. Отделяем маралух от маралов, и они отдельно стоят.
М. К.: Хищники вас беспокоят?
С. К.: Конечно, беспокоят. И волки, и медведи. Медведи через забор перелазят прямо: тяжёлый медведь-то, он гнёт, а лёгкие медвежата-пестуны перелазят прямо через забор.
М. К.: А сбыт у вас куда идёт?
Ч. С.: На внутренний рынок. Для большого производства и продаж за пределами Тувы у нас нет возможностей. Всё вручную делается.
С. К.: Раньше возили на Алтай и там сдавали. А в прошлом году дали цену совсем низкую: нам дороже туда везти, мы платим больше денег за доставку, чем нам платят за продукцию.
М. К.: Какая площадь у вас огорожена?
С. К.: 1800 гектаров. Это со всеми, а всего пастбищ 800.
М. К.: А какие услуги вы для туристов оказываете? Сколько у вас посадочных мест?
Ч. С.: На лошадях катаем, потом домики в аренду сдаём. Вот беседки, шашлыки, в палатках люди живут. Зимой у нас тоже очень хорошо: снегоход, лыжи, ватрушки, сани на лошадях. В основном людей лошади интересуют. Ну и пантовые ванны.
Все статьи номера: Русский охотничий журнал, сентябрь 2026
