Под пеленой дождя в Заполярье

Лось
Дата публикации:
Комментарии: 0

Дождь в Заполярье всегда утомителен. Особенно если идёт неделю подряд. И конца ему не видно…

Утро начинается с того, что в палатке облачаешься в доспехи. Противодождевые, разумеется. В моём случае это костюм Moose Hunter от Härkila. В общем-то, он не производит впечатления чего-то такого меганепромокающего, но вот на практике оказывается именно таким. У меня приготовлена смена – костюм Icon от той же Härkila, – но дело до неё как-то не доходит. «Лосятник» и полегче, и поудобнее, и не шуршит по веткам при подходе к лосям.

Тем самым гигантским лосям Чукотки.

Мы на правобережье Омолона, признанного лосиного эльдорадо Евразии. Когда-то, в конце шестидесятых годов прошлого века, его разведывал мой отец, время от времени навещаю теперь его я. Именно из этого угла северо-восточной Сибири вывезены одни из самых внушительных лосиных трофеев, с которыми я только сталкивался в жизни.

И лоси – они есть.

Вот они, в реке, стоят по мокрым островам. В их расписании должен быть разгар гона. Они должны реветь и идти на рёв.

А не ревут и не идут.

Потому что физиологический механизм гона восточносибирского лося настроен на ясную погоду и заморозки.

А здесь – см. выше.

Дождь. В начале октября.

Нет, иногда случаются ясные часы. Мы все дружно расчехляем фотоаппараты, а сохатые в пойме реки начинают реветь. Реветь отчаянно, страстно, пытаясь хоть как-то разогнать остывшую от дождя кровь. Вот, буквально час назад, такой обезумевший от страсти бык гнал через перекат лосиху. Было видно, как раздувается его шея, и от истошного сладострастного вопля тряслись все кусты по окрестным берегам.

А мы…

Мы разглядывали его в свои прицелы: Zeiss и Nikon.

– Нет, не трофей, – сокрушённо покачал я головой и опустил карабин. – Во бабы проклятые что творят. Мужики от них в реку кидаются.

А потом и этот «нетрофей» накрывает серой пеленой дождя.

Мы ходим по высоким сопкам над рекой. Сама речка вышла из берегов, и по ней несёт кучи веток, огромное количество пены и вывороченные деревья. Лоси бродят по пустошам на её окраинах, покачивая могучими костяными коронами. Иногда они собираются в группы, по три и даже четыре трофейных быка вместе.

Излишне говорить, что всё это происходит на другой стороне реки, куда мы, в своих резиновых сапогах, попасть никак не можем. Остаётся только наблюдать и облизываться. На нашем берегу, естественно, бродят только коровы и молодые бычки, которые представляют собой сугубо гастрономический интерес.

Мои товарищи – Анатолий Смирнов и Александр Кремнёв – стрелки-высоточники. Снайперы, я б даже так сказал. Каждое утро они тренируются по бочке, стоящей на тундре в пятистах метрах от лагеря.

В бочку они попадают.

В нашей группе ещё оператор «Русского охотничьего портала» Женя Вайсман и сын Анатолия Глеб. Глеб первый раз в Заполярье, ему всё интересно. Вообще, очень хорошая практика (как по мне) – брать подростков в такие экспедиции. Когда-то и сам начинал с этого. Ну и жизнь здесь – как в зоопарке на воле: вот те лоси, вот – северные олени, вот медвежьи следы, вот – росомашьи, вот сокол-сапсан, а вот вороны играют в воздухе.

Жаль только, что погода не очень способствует видеосъёмкам. Ан нет, Женя всё время стоически находится на посту с одним из своих трёх Panasonic’ов. Хоть вам дождь, хоть не дождь…

Камер у нас три: Panasonic Lumix G80, Panasonic HC-VXF990 и HC-VX980. Работают попеременно, и, что характерно, даже в таких суровых условиях не отказывают. Настоящая техника для суровых условий Севера. А снимать здесь есть что.

Саша добывает оленя на дистанции 720 метров; а Анатолий – 700. За вторым, правда, пришлось изрядно побегать, но в конце концов и его рога украшают выставку трофеев возле нашего лагеря, а мясо попадает в котёл экспедиции.

Вообще, эта охотничья тактика полностью противоречит моей излюбленной. А именно – когда бродишь морозным утром по сухим протокам между островами и пытаешься подозвать их стоном, треском в кустах или стуком костяной лопатки о ветки. Ну или когда высматриваешь сохатого с террасы, сопки или ещё какой-то возвышенности, а потом подходишь к нему с охотником, в то время как наблюдатель с горы командует «правее», «левее» или говорит об изменении в поведении зверя: «пошёл влево от вас», «остановился», «насторожился», «замрите».

Охота стрелков, владеющих искусством дальнего выстрела, – совсем другая охота, основанная на весьма специфических умениях и навыках. Подойти к зверю, когда он спокоен и неподвижен (или двигается не очень быстро), и сделать по нему выстрел с большой дистанции.

Впрочем, и эта тактика мне нравится. Правда, стрелки у нас есть, а вот лосей – нету. Нужных размеров и качества.

Но вот, наконец, Господь нам ворожит. В острове на пойме реки стоит здоровенный бык с превосходной «короной». Вокруг него неизбежное «охранение»: корова, телок и небольшой бычок – «отгоныш». Зверь стоит по бабки в проточной воде, затем выбирает небольшой сухой участок и ложится на нём, сворачиваясь калачом. Хочется по старой памяти написать «сворачиваясь калачиком», но что это за «калачик» весом около семисот килограммов? Калач, калачище, я б даже сказал. С торчащими по обе стороны рогами размахом около 170 см.

Осторожно, по осыпи, продираясь через стланик, мы подходим к сохатым на расстояние в 560 метров. Обычно я не рекомендую охотникам бить зверя на таком расстоянии, но, учитывая опыт и оружие товарищей, – киваю.

Винтовки – Blaser R8 под патрон .300 Winchester Magnum, расстояние определяется дальномерами Leica и Swarovski. Ребята действуют как слаженная снайперская команда (каковой, они, собственно, и являются на стрелковых соревнованиях). Но, как сказал когда-то Кирилл Еськов, у любого военного (в данном случае, стрелкового) упражнения есть всего один критерий истины: это победа во время участия в войне.

В данном случае – в охоте.

Стреляет Александр, наводку даёт Анатолий. После первого выстрела сохатый поднимается – огромный, тёмный, широкий, как стена.

Саша стреляет ещё и ещё.

Зверь продолжает двигаться вперёд, как заколдованный.

Кремнёв добивает патронами магазин.

– Бронированный какой-то, – бормочет он.

Ну, что тут сказать. На дистанции в 500 метров энергия пули .300 Win. Mag. 180 grn становится 1450 Дж – примерно как у нашего трёхлинейного патрона с такой же массой пули на триста метров. Но Саша, наконец-то, попадает в позвоночный столб, и сохатый рушится в воду, поднимая вокруг облако брызг.

Поздравляем Александра с победой.

Дождь продолжает лить с небес.

Однако (всё же Субарктика!) в верховьях рек начинают происходить некие перемены (вернее всего, там дождь сменяется снегом). Вода уходит из поймы, по реке перестаёт нести мусор.

И нам нужен ещё один лось! И он приходит в последний день!

Я замечаю рогача, идущего вдоль опушки чозенника в восьмистах метрах от нас. Мы замираем. Судя по всему, сохатый удаляется, собираясь переплыть на другой берег реки, где он (в который уже раз!) окажется от нас в недосягаемости.

Но лось доходит до края русла, несколько секунд смотрит на несущуюся перед ним мутную воду и… совершает роковой для себя поворот! Теперь он под углом идёт прямо на нас!

Крупный самец идёт по пустоши, заросшей ольшаником и каменной берёзкой. Этот кустарник скрывает человека в рост, однако лесной гигант плывёт над ним, величаво покачивая своими громадными рогами, как парусник по неспокойному морю.

Вообще, лично для меня – воспитанника Северо-Востока – эта картина является одной из самых притягательных в природе. Огромный, практически не сознающий своей мощи зверь, переполненный гормонами и жизненной энергией, поддевает рогами кусты, сокрушает небольшие деревья, останавливается и ревёт, вызывая соперника на бой…

И завершается этот эпос роскошным трофеем с размахом рогов 162 см, взятым на расстоянии 540 метров…

Дождь продолжает идти. Но нас это теперь почему-то не тревожит. Надо сказать, что во время этой охоты, проходившей буквально непрерывно под потоками воды, аппаратура Panasonic показала себя в наилучшем виде: все съёмки в условиях стопроцентной влажности и под проливным дождём прошли безукоризненно.

Не говоря уж о костюме Moose Hunter от Härkila, в котором я все две недели проходил словно в сухом коконе. Думаю, что помогла тут ещё и оригинальная мембрана от GoreTex, которую Härkila использует в своей экспедиционной одежде. И именно в этой поездке костюму удалось полностью продемонстрировать свои качества: бесшумность, водонепроницаемость, лёгкость и комфорт!

Русский охотничий журнал, ноябрь 2018 г.

786

Похожие статьи