Кабан
Дата публикации:
просмотров: 311

Кабаны калмыцких плавней

Комментарии: 0
Кабаны калмыцких плавней

Мало уже мест в России, где обитают по-настоящему дикие кабаны. Вот охотился я как-то раз у своего друга Сергея К. в Ярославской области на кабана. Приехал, перекусили, и он спрашивает: на охоту или отдыхать? Я, хоть и уставший после дороги, говорю: «На охоту».

Поехали в лес, забрались на лабаз, Сергей говорит, с 19 до 19:30 будут. Ждем – и точно, в 19:10 вышли кабаны. Выстрел – и кабанчик-сеголеток готов. Азарт, конечно, был, но у нас все совсем по-другому. Спрашиваю, почему так легко, а Сергей сказал, что кабаны всегда в одно и то же время на прикормке появляются и во всех охотхозяйствах они прикормлены. А в некоторых хозяйствах так и вообще скрещены с домашними свиньями…

У нас в Калмыкии такого нет. Все кабаны, которые у нас живут, дикие, и прикормить их просто нет возможности. Везде ходят домашние животные с соседних ферм, и вся прикормка будет съедена ими же. Мы делали прикормку сами – покупали американскую, высыпали ее возле камыша, где мы точно знали, что обитает кабан (это было видно по свежим пороям). Ставили фотоловушку. Приезжали через несколько дней – вся прикормка съедена, на фотоловушке много фото. Просматриваем – коровы, овцы, лисы, зайцы, сороки, мелкие птицы. И ни одного кабана! Пробовали делать засидки в тех местах, где звери выходят на поля покормиться зеленой травкой, но из раза в раз зверь не выходил совсем или выходил, но в другое время и в других местах. Потратив на такие попытки немало времени, я перестал охотиться на кабана, хотя постоянно и успешно охотился на волка в камышах.

Наш калмыцкий кабан живет в густом камыше, и в места, где он обитает, человеку добраться тяжело – порой практически невозможно. Ведь что такое камышовые плавни, скажем, Маныча, о кабанах которого и идет речь? Идти по камышу сначала легко, но чем дальше, тем продвижение становится сложнее, в некоторых местах толщина камыша – с большой палец, а высота достигает пяти метров. Ходить внутри камышовых зарослей можно только на четвереньках по кабаньим же тропам, развернуться на которых не получится, и не всякому хватит смелости там находиться. И не дай бог там встретиться с кабаном! Зато заблудиться там можно на раз. И выбраться без навигатора практически невозможно. Внутри камышовых полей никаких ориентиров – ни направления ветра не поймешь, ни солнца не видно. Внутри камыша есть сухие острова, но в основном все массивы залиты водой, под которой вязкая грязь, местами высота воды достигает шеи. Вот в таких местах и живут наши кабаны. Питаются они молодыми побегами все того же камыша и другой околоводной и водной растительностью, пьют воду и месяцами могут не выходить на открытую местность.

Бывалые охотники рассказывали, как много раньше у нас было кабанов. Практически в каждом районе республики водились. Но из-за засухи камыша стало меньше, где-то его выжгли, местами его поела скотина, и кабана стало меньше. Еще и в эпидемию очень много погибло. А где-то его истребили люди. Когда я сидел на вышке в Ярославской области, меня Сергей предупредил – свинью ни в коем случае не стрелять! Это потомство и дальнейшие охоты. У нас такого нет – что выбежало, то и стреляют. В лесу, сидя на вышке, еще можно разобраться, где свинья, где кабанчик, а где поросята. А в камышах не поймешь, свинка или кабан бежит. Только видишь движение в зарослях и черную спину животного – и делаешь выстрел. Часто это оказывается свинья, так как она бежит первой.

В прошлом году я познакомился с Владимиром П., который со своими друзьями успешно охотится на кабана в Калмыкии. Владимир держит собак охотничьих пород – русскую гончую и русскую пегую гончую. И является одним из первых заводчиков новой для меня, но, как оказалось потом, старой забытой породы «арлекин», которые очень хорошо себя проявляют на охотах. Все собаки у него специально подобраны для работы по крупному зверю и для проведения охот в непролазных зарослях камыша. Именно от работы собак и зависит результат охоты на кабана в камышах.

Как-то раз мы выехали на кабанью охоту с гостями. Гости задерживались, и мы, прибыв на место, решили не терять времени зря и провести разведку. Забрались на высокий холм и начали осмотр территории через бинокль. Вдруг замечаем одинокого огромного секача, который резко перебежал из одного массива камыша в другой. Качество трофея можно было оценить и невооруженным глазом. Он был просто огромным и полным сил, по характеру бега было видно, что он – хозяин этих мест. И буквально тут же мы вдруг увидели, как этот же кабан выходит из того камыша и уже более спокойно возвращается в свой. Мы не оставляли наблюдение за камышами до приезда, надо сказать, весьма скорого, гостей.

После рассказа об увиденном мы стали на номера на предположительном выходе зверя, а загонщики запустили собак с другой стороны. Время было холодное, но морозы только пришли, и лед не держал собак. По рации нам сообщили, что в окладе кроме секача еще пять крупных кабанов и около пяти же сеголетков.

Все собаки вскоре заработали, и мы, стоя на номерах, слушали, как вся эта масса, стронутая собаками, двинулась в нашу сторону. Собаки гонят медленно, проваливаясь под лед, высота воды местами по пояс, редко – по колено, а на улице мороз. По лаю слышно, как кабаны останавливаются и пытаются дать отпор. Но собаки опытные, не дают себя порвать. Собираются в одну кучу и лаем выдавливают зверя из очередных крепей. Сердце бьется чаще, когда видишь, как перед тобой начинают ходуном ходить верхушки камышей, и вспоминаешь, каких размеров секач. Но не доходя до края камыша, кабаны останавливаются. За время оклада и гона ветер поменялся: был боковой, а теперь стал дуть нам в спину. Кабаны зачуяли опасность – и выходить не собирались.

Собаки догнали зверей, и теперь было слышно, как они начинают атаковать собак. Плещется вода, кабан на дне стоит, а собаки не достают до дна – им приходится плыть и лаять. Слышно – как только они начинают приближаться, кабаны начинают атаковать и пытаться порвать их. Но к нам не выходят.

В загоне работают пять собак и стоит более десятка кабанов. Бой не прекращается, слышно, как собаки отбивают часть кабанов и с лаем гонят на загонщиков, которые идут по непролазному камышу за собаками. Но не доходя до загонщиков, звери стали.

Слышим, что собаки лают из последних сил. Загонщик попытался подойти к кабанам, которые стояли перед ним в пятидесяти метрах, но уже через десять метров передал по рации, что это невозможно. Лед проваливается, густой камыш, грязь и вода по пояс, я дальше пройти не могу, сказал он и через десять минут вышел на берег отдохнуть. И позвал с собой собак. Как он говорит, собаки не вышли, а вывалились из камыша.

Мы стоим на номерах, собаки бегают, разогреваются. Вдруг одна из них отбегает в соседний камыш и поднимает там такой лай, что вся свора сразу сорвалась и ринулась к ней. Мы ничего не понимаем, но слышно, что они работают по зверю. По рации доносится: «Кабан сзади!» И действительно, сзади на загонщиков собаки выгоняют огромного секача. Три выстрела – и кабан падает в пяти метрах от стрелка. Оказывается, это был кабан-одиночка, которого отгонял от своей семьи тот секач, которого мы видели в бинокль утром.

Вот такие трудовые и с необычными поворотами событий случаются у нас в Калмыкии охоты на кабанов.

Ну а мы сделали фото с трофеем, выпили за удачную охоту и вернулись домой.

311