Бараны, козлы, быки
Дата публикации:
просмотров: 86

Козерог по-киргизски – тэке

Комментарии: 0

В бинокль стадо иногда можно увидеть за пару километров. Особенно когда они стоят на скалах и их силуэты четко вырисовываются на фоне неба. В конце сентября еще очень тепло, даже ночью плюсовая температура. Крупные рогачи в это время предпочитают максимальные высоты 3500-4000 м и держатся у ледников в скалах, проводя весь день на снегу. Лишь под вечер и рано утром они спускаются ниже, на пастбища, чтобы набить брюхо.

Конец сентября – открытие сезона охоты на козерога. Мы умышленно пропускаем открытие. Стосковавшийся по охоте народ толпами едет в горы, мешая и срывая друг другу охоты. Выждав три дня, мы выезжаем в направлении ущелья Белогорка. Это в сорока километрах от моего дома и в шестидесяти пяти от Бишкека, столицы Кыргызстана.

Поднимаемся в ущелье до упора и берем вправо от основной щели, через Киргизский хребет, по бывшему скотогону, который строили когда-то в советские времена в долину Сусамыр для прогона скота с летних пастбищ. Сейчас эту дорогу подчищают только приезжающие сюда охотники. Приехали засветло, поставили палатку и принялись осматривать в бинокль окрестные скалы.

Козлиные места

Козы и молодые самцы 2-3 лет встречаются практически на всем высотном диапазоне от 2500 м. Через 3-4 часа после рассвета поднимаются в скалы или на ледниковые морены и проводят на лежке весь день.

Утром подъем в 4 утра. Нас четверо. Двое уходят в щель вверх от машины в скалы, где практически круглый год держатся козы. Мы с напарником должны подняться в соседнюю щель на слепой загон. При такой схеме часто выгоняешь козликов друг на друга. Ходим, как правило, парами. Редко уходишь один. Выходим в пять утра, рассвет застает нас в устье нужного нам сая (отщелка). Полулежа, опершись спинами о камни, таращим бинокли вверх по склону.

Есть! Три козы и два рогача лет 6 (на удивление так низко и вместе) пасутся вверху в километре от нас. Подход превосходный, есть возможность подойти под защитой скал на 300 м. Не мешкая, начинаем преодолевать подъем в 35-40 градусов, петляя по склону между скальными выходами и участками, заросшими арчовым стлаником и кустарником. Выше 3000 м всякая растительность полностью отсутствует. Скалы, осыпи камней и задернованные участки, покрытые травой. Именно сюда и спустились тэке на пастбище.

Радостные, возбужденные, что так легко все складывается, продолжаем подъем. Километр подхода растягивается на 1,5 часа. Из-за хребта выглянуло солнышко. За полчаса разница температур делает свое дело. Холодный воздух, спускающийся сверху с ледника и нагретый от скал и южных склонов поднимающийся вверх ВЕТЕР. Чтоб его...... Ну и, как всегда, в спину. Не успели пройти 200 м до скалы, с которой можно было стрелять. Поднимаемся, уже зная результат – опустевший склон и тэке, сгинувшие в неизвестном направлении. Чутье у них, надо отдать должное, как у собаки. Сидим, крутим головами, пытаясь найти исчезнувшее стадо. Слева по отщелку слышим грохот камней. Звуки в щели слышны очень далеко, да и нет здесь других звуков. Через 10 минут видим наших голубчиков на 800 м. Поднявшись на каменную осыпь, образованную ледником с камнями размером от чемодана до малолитражного автомобиля, козлики явно намеривались лечь, что и сделали на не стаявших языках снега. Коварный план загона не сработал, наши напарники были в правой соседней щели. Погода за этот час кардинально поменялась: легкие облака, обволакивающие макушки, уже висели плотной крышей, образуя четкую границу, за которой было нечто неизвестное, причем эта граница довольно быстро спускалась вниз. Посовещавшись, решили выходить еще раз на наших клиентов. Но впереди лежит голый склон метров 300. Вынуждены ждать, пока облако тумана накроет место лежки. Когда туман проглотил часть склона, начинаем быстрый подъем вверх. Два раза вынуждены были останавливаться и ждать, когда долетевшая тучка открывала нам видимость. Окончательно стало ясно, что это не наш день. Когда оставалось вывалиться на очередной каменный вал, откуда можно было увидеть стадо, мы услышали стук осыпающихся камней. Природа сегодня не за нас.

Ветер упорно сопровождает, меняя направление по нашему движению, старательно оставаясь попутным. Опять осмотрели пустое место, где только что, 10 минут назад, лежали тэке. Пустота. Попытки отыскать их не увенчались успехом. Ушли в скалы на полки, и рассмотреть что-то сквозь белую пелену не было никакой возможности.

Решили вернуться и выйти на хребет, отделяющий нас, и на щель, по которой поднимались наши напарники, чтобы потом спустится по ней к лагерю. Возвращаемся назад к месту, вниз по склону, где сидели первый раз, дожидаясь тумана, и начинаем двигаться опять вверх, но уже вправо. Через час мы на месте. Место определили интуитивно, густой туман и снежная крупа смешали наши замыслы. Спускаться вниз не рискнули. Расщелины не просматривались, и можно было просто застрять в скалах, оказавшись на одном из уступов.

Что там внизу?

Время поджимало. В горах темнеет очень быстро. Вынуждены возвращаться опять по своим следам, к тому месту, где первый раз видели козликов. Следуя правилу, что самая короткая дорога – знакомая дорога. Теперь уже вниз. Дышать легче, ногам тяжко. Снежок на крутом склоне, покрывший сухую траву, создает идеальный склон для «скоростного» спуска. Но мы не лыжники, мы охотники, хотя и экстремалы. Одеваем кошки, двигаться стало легче.

В лагере были еще засветло. Наши напарники также безуспешно пытались выйти на стадо коз. Оказалось, они ушли от них и забрались на тот каменный зуб, до которого мы дошли. Если бы не было тумана, мы бы их увидели. Но это БЫ...........

Полночи сыпал снег. К утру нарисовались звезды, обещая солнечную погоду, и лица, сожженные ультрафиолетом, многократно отраженным на снежных склонах, от которого невозможно укрыться ни одним козырьком.

На следующий день встали на час раньше, т. к. собрались уйти вверх к перевалу. Вторая пара опять решила погонять коз. Два часа поднимаемся в темноте вверх по дну ущелья. Тропу разбирали вручную для прогона скота еще советские колхозники, идти легко.

Уже было светло, когда свернули с основного ущелья в боковое. Войдя в него, мы увидели козлов. Место представляло собой открытую щель, через километр поворот под 90 градусов влево, за которым скрытая от глаз морена, образованная ледником, в виде громадного вала, перегородившего все ущелье от одного борта до другого. Прямо по курсу громадный лобок.

Естественно, они там и паслись, имея прекрасный обзор на сотни метров. Насчитали больше 60 голов. При таком количестве глаз, шансов подойти незамеченными практически нет. Отдельно пасутся козочки, отдельно рогалики. Выделялась группа рогачей из 12 штук по 8-9 лет. Пара трофейных с рогами за 1,2 м в возрасте более 11 лет, ходили сами по себе, не примыкая ни к одной из групп. Старые козлы отличаются цветом шерсти, они более темные и кажутся черными.

Выбора нет, решаем идти по руслу ручья в лоб, лавируя между обломками скал, устлавшими дно и склоны. Одна группа из 14 коз была в самом низу склона, если бы не было остальных, то мы подошли бы незамеченными. Естественно, когда пасется стадо, всегда есть дежурная коза, которая лежит на стреме. И при приближении опасности издает свист. Этот сигнал тревоги как ветром сдувает всех. Вниз не уходят практически никогда, только вдоль склона или круто вверх в непроходимые скалы. Далее все не по нашему сценарию: просвистели козы, и все стадо вдоль речки ушло влево и вверх. Мы быстро «побежали» и через час выскочили на морену и уперлись в озеро, образованное в чаше, выдавленной ледником. В паре километров перевал через хребет в долину Сусамыр, бронированный мощным панцирем вечных льдов. Справа в скалах увидели трех коз, но они следили за нами уже давно. Несколько прыжков, и они исчезли из поля зрения. Куда ушло все стадо, так и не определили, растворилось больше полусотни голов, не верим своим глазам.

Сели пообедать. Ослепительное солнце, снег, лед, зеленая трава, мелкие яркие цветочки и дикий каменный хаос...

Скалы и камни

Любуясь красотой дикой природы, через озеро увидели, как на осыпи, покрытой снегом, в восьмистах метрах по горизонтали каменного цирка двигаются восемь рогаликов. Видно без бинокля вереницу из черных точек.

Подняли бинокли, стали наблюдать. Оказывается, идут они к другому стаду, из голов 20, которые лежат на осыпи в снегу, прямо под скалистым обрывом. Делать нечего, начинаем движение, преодолевая открытый участок у них на виду. Видим, что они нас уже засекли, остались лежать только несколько козлов, остальные встали, оценивая степень опасности, исходящую от двух точек двигавшихся в их направлении.

По ригелю обошли озеро. Нырнули под моренку, скрывшись от провожавших нас глаз, и по желобку – вверх, максимально выжимая из себя силы. Стараясь уложится в минимальное время, делаем очередной рывок. Горняшка дает о себе знать, не хватает кислорода, дыхание сбивается судорожными вдохами, ноги становятся ватными, в глазах черные плавающие круги. Азарт гонит нас и гонит. Вылезли на прямую видимость, дальше – ровный открытый участок. Вверху, под скалами стоит один двухлетний козленок, остальных нет. Занимаем позиции за ближними камнями. Отдышаться нет времени. На глаз, расстояние 400 м, в 10-кратную оптику отчетливо видно козленка и появившиеся за ним рога. Через пару секунд на полочку поднялся снизу из расщелины самец-восьмилетка. Для моей винтовки и целевого патрона на данной дистанции нужно стрелять вторым милом, поднимая траекторию пули. Прикидываю угол возвышения – 30 градусов, полмила отбрасываю. Благо, мил-дот оптики Nikon имеет промежуточные точки через 0,5 мила и легко позволяет сделать точный выстрел.

Беру 1.5 мила, стреляю, слышу шлепок по телу – прицел правильный.

Козлик скрылся за скалой. И тут они как блохи начали выскакивать из всех дыр. С соседнего камня раздались выстрелы напарника. Слышу: «Попал, добивай!» КОГО? В стаде около 30 голов. «Старика, – кричит, – зацепил!» И тут нарисовался красавец с рожками больше метра.

Выцеливаю, он на секунду замер на скале, нажимаю на курок, одновременно он делает прыжок. Пуля в скалы, клиент невредимый и вместе с остальными ныряет в расщелок. Обнаруживаем, что мой тэке продолжает медленным шагом уходить по полочке вправо. Все внимание переключаем на него. Напарник, опустошивший магазин своего КО, корректирует мою стрельбу и не спускает с него глаз. Целю в лопатку, чмак есть, самец зашатался и потопал дальше. Я подумал, что пули ложатся ниже, надо задрать целик. Целю вторым милом, стрельнул, пуля прошла над спиной.

Убедился, что бью правильно. Опять стреляю 1,5 мила, синхронно тэке прыгает с камня, фонтан осколков камней, но уже сзади. Покачиваясь, он продолжает движение. Жду секундной остановки. Нельзя давать уйти дальше, козел может упасть на полку, с которой его вообще не достанешь без снаряжения. Вот он прыгнул на очередной выступ, жду этой секунды, выбираю свободный ход курка, вижу – успеваю, дожимаю, выстрел! Опять слышу шлепок пули по телу, козел падает. Отчетливо из всех выстрелов помню только последний, самый вдумчивый, самый спокойный. Как стрелял, как попал, как падал – все в тумане. В результате 3 попадания из 6.

Сорок минут уходит у нас на то, чтобы подойти к трофею. На каменную террасу пришлось подниматься узенькой расщелиной. Выйдя наверх, обнаруживаем лежащего на самом краю полочки живого козла. Надо срочно достреливать, иначе может сорваться на нижнюю полку, а оттуда его достанут только грифы. Ну, силен брат. Выстрел напарника в шею ставит все точки по местам.

Добор и спуск

Рогач, которого стрелял мой товарищ, действительно был задет и оставлял редкие капельки крови, одну на 10-15м. Прошли метров 200 по следу. Дальше стадо ушло через такое место в скалах, что я, оставив карабин и рюкзак, продвинулся всего 10 м по карнизу, далее мог пройти только здоровый козел. Когда идут они по скалам – это сказка, прыжок в несколько метров на стенку, на которой нет ни одного выступа, стену он использует только для того, чтобы просто оттолкнутся от нее, а точка приземления будет еще в нескольких метрах и может быть уступом сантиметров в 20. Больше похоже на полет, чем на скачки. Я был убежден, что этот козлик останется жить еще долго, хотя сам факт наличия подранка портил всю охоту. Время шло. К удивлению, обнаружил, что пошел снег, а ведь не было ни одного облачка. Час потратили на разделку. Растолкав мясо по рюкзакам, начали спуск.

Ниже по высоте снег сменился дождем. Вес винтовки в 5 кг стал напрягать, когда загрузились мясом, а тут еще и бинокль. За 5,5 часов спуска наш путь был отмечен снежными проталинами на камнях, оставленными нашими задами через каждые 200 м. По 30 кг мяса за плечами каждого несколько притупили яркие впечатления охоты, оставив болевые ощущения от лямок рюкзаков на несколько дней, а восьмичасовой подъем показался легкой прогулкой.

Второй нашей паре опять не повезло, они так и не смогли подойти на выстрел к стаду коз, но были весьма довольны, что мы спустили все мясо и на следующий день не нужно будет корячиться в поднебесье.

Прошедший сезон удался на славу.

8