Мы назвали тот 2019 год «гороховым». Назвали так потому, что одно из полей, находящихся недалеко от нашего дома в Вологодской губернии, было засеяно горохом и оставлено неубранным в зиму. И сделал это доброе дело не кто-нибудь, а охотпользователь – специально для подкормки зверей.
Поэтому зверья в ту осень было в изобилии, создавалось даже впечатление, что звери со всего района приходили полакомиться именно на это поле. Столько дичи в одном месте я не видел никогда в жизни. Мы наблюдали сменяющие друг друга стада кабанов, медведи ходили по расписанию как на работу, бесчисленные еноты, лисы, барсуки… В общем – было интересно.
Для облегчения наблюдения за животными я стал смотреть на них с крыши дома, заодно отдыхая душой и любуясь звёздным северным небом. В одну такую северную ночь, встав примерно в час-два ночи, я залез на крышу дома и начал наблюдать. Два енота мирно питались на краю горохового поля, готовясь сыто встретить зиму. Расстояние до них было около 300 м. В центре поле поднималось бугром, за которым не было видно дальний край. На бугре появились две крупные точки и начали приближаться к нашей деревне и енотам. Между точками было метров 50, они двигались быстро, беззвучно, иногда останавливаясь и смотря в сторону друг друга. Ветер был как раз от енотов на них.
Что это были волки, я понял, только когда они закружились в танце вокруг енотов, атакуя и парируя выпады. Это было очень красиво, казалось, можно любоваться этим вечно, но я уже слезал с крыши и бежал будить друга, который сладко спал дома. Второпях объяснив, в чём дело, я схватил карабин, выскочил из дома и залез наверх снова, чтобы посмотреть обстановку. Меня не было минуту-другую.
Волки прикончили одного енота и тащили его в лес, второго енота не было видно совсем. Я слез и побежал на соседнее поле наперерез. Друг, догоняя, как раз выскочил из дома и побежал за мной. Выйдя на край поля, мы увидели волков, уходящих от нас на вершину соседнего поля, расстояние до них было около 500–600 м. Друг стал ругаться на меня, мол, зачем я потратил время на его пробуждение, и сказал, что надо было стрелять самому. Об этом мы спорим с ним до сих пор.
Мы спорили, спорили, пока мне это не надоело и я не сказал: «Пошли их догоним?» Друг посмотрел на меня как на идиота: «Догнать волков? Ты в своём уме?!» Можем тут спорить дальше, а можем попробовать, заметил я (это всё происходило около 3–4 утра шёпотом), и мы пустились догонять. Быстрым шагом поднялись на вершину поля. Ничего не было видно. Перешли на соседнее (там был убран овёс) – оно также имело в середине вершину, до которой мы видели, а дальше уже нет. Несколько раз останавливались и спорили: «Зачем идти дальше? Всё! Прозевали...» – «Ну давай ещё до бугра дойдём посмотрим и домой?» Поднялись на бугор второго поля и увидели стадо кабанов метрах в четырёхстах от нас и дикий танец волков вокруг них. Это зрелище завораживает. Поросята жмутся к середине стада, а мама-свинья делает выпады в сторону кружащих вокруг хищников. Но нам некогда было наблюдать за этой каруселью смерти. Надо было срочно сокращать дистанцию и стараться это делать по возможности очень тихо: стерня похрустывала.
Пройдя метров 100, мы на какой-то миг потеряли картину из виду, опустившись в складку местности, а когда поднялись снова – никого уже не увидели. И снова нахлынула волна разочарования, и мы стали обсуждать шёпотом, что делать дальше. Решили дойти до места сражения – там как раз стояла старая охотничья вышка – и осмотреться. Залезли на вышку. –12 °C. Ничего не видим. Решили посидеть – осмотреться и восстановить дыхание. Так мы просидели 10 минут, 20, начали замерзать. Друг спросил, вижу ли я что-нибудь.
Кроме двух точек на третьем, соседнем, поле, я не видел ничего. Точки были мелкие, и я подумал, что это еноты, так как они то появлялись, то пропадали. Это-то и вызывало сомнения. Мы смотрели на них ещё около 20 минут, спорили и тихо советовались. В конце концов я окончательно замёрз (там был сильный ветер, а я, как назло, забыл перчатки) и сказал, что больше не могу. И тут уже друг попросил меня: «Давай эти точки проверим, а? И домой...»
Мы начали подходить к ним. Точки были метрах в 500–600 от нас. С 300 метров мы поняли, что это 2 волка! Они отдыхали прямо на поле, 200–300 метров от соседней деревни. Сука как будто совсем дремала, а кобель валялся, балдел, иногда поднимая голову и поглядывая вокруг. Ветер был от них, мы двигались очень-очень медленно, так как стерня была на стороне хищников. Небо на востоке уже светлело, было около половины седьмого утра, и нам нужно было торопиться. Мы старались не дышать. Трудно передать то состояние представить уровень адреналина, который в тот момент обрушился на наш организм.
Друг предложил стрельнуть с 200 метров, но я видел, что можно подойти ещё: звери были расслаблены. Мы крались. Это казалось вечностью. В один прекрасный момент я увидел, что оба волка смотрят в нашу сторону: напряглись! Пора! Я подал знак напарнику. До них было около 150 метров. Стрелять заранее договорились одновременно. Гром оглушил окрестности – волк рухнул как подкошенный, а волчица рванула так, что по ней мы не попали ещё несколько раз. Местные жители потом очень удивлялись, что утром (почти по светлому) возле их деревни совсем близко могут быть такие крупные и опасные животные. Это была пока лучшая охота на волков в моей жизни...
Спасибо другу и наставнику Михаилу Николаевичу за участие в той охоте и за то, что в ситуации, казалось бы, безуспешной, мыслил гибко, что и позволило сообща выследить волков.
Все статьи номера: Русский охотничий журнал, март 2026
